Его слова действуют на меня, как самое лучшее снотворное.
Снова просыпаюсь я уже посреди ночи.
В спальне темно, а в кресле у окна посапывает сиделка-медсестра, которую приставили ко мне, словно к беспомощному инвалиду. В доме царит тишина.
Я медленно опускаю ноги с кровати и качаю головой, проверяя на болезненные ощущения. Чувствую себя гораздо лучше! Только пить очень хочется. Но не воды, а чего-нибудь тепленького и сладкого, вроде мятного чая.
Не желая беспокоить спящую женщину из-за такого пустяка, я тихонько крадусь к выходу босиком и спускаюсь вниз по лестнице. Туда, где предположительно в любом доме должна находиться кухня.
Звяканье поставленной кем-то на стол чашки безошибочно подсказывает мне правильное направление. И одновременно с этим заставляет остановиться перед дверью, из под которой мерцает включенный свет. В воздухе пахнет крепким свежезаваренным кофе.
- …не нужно ее посвящать во все эти грязные подробности, Егор Николаевич, - доносится до моего слуха приятно-густой бас Батянина. - Девочка и так натерпелась за последнее время. Всё, в чем она сейчас нуждается, это спокойствие, стабильность и безопасность. И вы ей это обеспечите, пока всё не разрешится. И проследите за тем, чтобы она не скучала.
- Понял.
- Еще и развлекать? - хмыкает голос Яра Медведского. - Ну вы и загнули, Андрей Борисович! Хотите, чтобы мы с братишками в шоуменов переквалифицировались ради девчонки?..
- Да хоть в детских аниматоров, - отрезает Батянин непреклонным тоном. - Можете и на голове походить, распевая песни, если это заставит ее улыбаться. Считайте это одним из основных пунктов договора.
Глава 27. Несмешные шутки
Моё самочувствие пришло в норму только через несколько недель.
Нет, в целом всё было нормально, но голова у меня периодически кружилась и побаливала. Так что я предпочитала двигаться с осторожностью… и целыми днями отчаянно скучала от нечего делать.
Врач, который время от времени приезжал ко мне на диагностику, нервно предостерег, что при сотрясении любые гаджеты противопоказаны до полного восстановления. Как и книги, и музыка, и прочее-прочее-прочее, что можно назвать активным раздражителем для мозга. На всякий случай. Зато спать и смотреть в потолок можно было сколько угодно.
Единственное, что хоть как-то оживляло мою пресную жизнь, так это зачастивший с визитами Короленко, который приходил к Медведским регулярно, как запрограммированный. Со мной он практически не общался - только бросал оценивающий взгляд и уходил обсуждать какие-то дела с хозяевами дома.
Да, а еще я боролась со скукой через наблюдение за братьями Медведскими. Мне было даже любопытно, как они справятся с нелепым указанием Батянина - очевидно, пожалевшего своего непутевого курьера чисто по доброте душевной.
Нет, ну серьезно, как они собираются меня развлекать?.. Особенно учитывая то, что Ярослав - младший из братьев и наиболее юморной из них, - куда-то исчез. Комедии и шоу смотреть нельзя, смешные видосики в соцсетях тоже. А сами мужчины, Егор и Фёдор, довольно замкнутые личности и непохоже, что они вообще любят общаться на легкие веселые темы. Мрачной криминальной аурой от обоих разит за версту.
Я и сейчас ее чувствую. Даже сквозь дверь, когда они, как обычно, поднимаются ко мне в гостевую комнату, чтобы сказать свое зачем-то обязательное утреннее “привет”.
- ... ну где ты там застрял? - бубнит угрюмый голос Фёдора. - Нам через полчаса выезжать на встречу уже пора. Может, договоримся наконец… Яр, зар-раза, весь мозг вынес с этим любителем малолеток. Психует. Требует его засадить, максималист хренов.
- Тихо ты, - обрывает его недовольный Егор. - Нашел место трепаться. Мне только что Батя опять звонил…
Их голоса становятся приглушенными и неразборчивыми. А через несколько секунд дверь открывается, впуская старательно растягивающего губы Фёдора. Улыбка на его резковатом лице с грубой тяжелой челюстью выглядит немного чужеродно. Сразу чувствуется, что это нечастый прием в арсенале его повседневной мимики.
- Привет, нормально спалось?
- Да, спасибо…
- Доброе утро. - В отличие от среднего брата, Егор Медведский не гримасничает. Кивает мне формально и подталкивает Фёдора в спину, словно давая сигнал.
- Э-э… - булькает тот и неловко спрашивает: - Как настроение? Что-то ты всё время бледненькая и молчаливая.
- Я всегда такая, - пожимаю плечами. - Это мое обычное состояние, не обращайте внимания.