* * *
Лизетта в полном смятении ворвалась в гостиную. Она бегом бежала от берега почти до самого дома, пока не запыхалась, но убежать от собственных чувств не смогла. Он ей нравился. Этот англичанин. Навязываемый отцом муж. Она должна была избавиться от него, а не влюбляться! Это катастрофа! Все, она пропала...
Лизетта замерла на пороге, вдруг заметив в арочном проеме с другой стороны гостиной Жаклин, а рядом отца в компании незнакомого мужчины. Все трое уставились на нее. Голубые глаза Жаклин расширились в удивлении, карие - точно такие же, как у нее, Лизетты - глядели с укором, а третий взгляд - незнакомца - прошелся по ней с головы до пят, и Лизетту обдало холодом. Она вдруг ощутила себя совершенно голой и устыдилась мокрой одежды. Незнакомец смотрел на нее так оценивающе, будто она была племенной лошадью. Лизетта хотела возмутиться, но слова застряли в горле - ей стало страшно. Мужчине было лет сорок на вид, не уродлив, но и не красив, в его лице была такая отталкивающая жесткость - это ввергало в необъяснимый ужас.
- Что у вас за вид, юная леди? - скрипучий, леденящий душу голос принадлежал вовсе не отцу. Незнакомец шагнул навстречу Лизетт, отчего-то решив, что у него есть право ее отчитывать. За ее спиной раздались новые шаги, и Лизетт спиной ощутила присутствие Рейсфорда.
- Стивен! - удивленно ахнула Жаклин. - Да что с вами обоими случилось?
- Да, - снова заговорил незнакомец своим раскатистым, подобно грому, голосом, - потрудитесь объяснить, миледи.
- Лодка перевернулась, - начал Стивен, но Лизетта перебила его. Английский акцент обласкал слух и принес успокоение, страх стал отступать. Лизетта решительно шагнула к незнакомцу.
- Месье, я не знаю ни вас, ни вашего имени, - дерзко бросила осмелевшая мадемуазель, - по какому праву вы разговариваете со мной в таком тоне? - Незнакомец взглянул на нее так, будто хотел ударить. И ударил бы, внезапно осознала Лизетт; не будь здесь родителей и гостя, он точно ударил бы ее, наказав за дерзость. Но кто, черт возьми, он такой?!
- Лизетта, - поспешно заговорил опомнившийся Рене Аллен, - это Стефан Габен - твой будущий муж.
- Что? - Лизетт в недоумении повернулась к отцу. Ей послышалось? Ей ведь это послышалось?! Но отец продолжил говорить - про достойную фамилию, про фабрики и заводы... Его слова скользили мимо, ее собственные мысли крутились, как в водовороте. «Как муж? - не могла понять Лизетт. - Этот пугающий человек? А как же Стивен?» В отчаянии Лизетт взглянула на мачеху, но та с сожалением покачала головой - Жаклин сама не понимала, как могла так ошибиться. Она была уверена, что речь идет о Рейсфорде. - Извините, мне нужно привести себя в порядок, - обессиленно пробормотала Лизетта и бегом бросилась по лестнице, растеряв все мужество и самообладание.
- Как это понимать, Рене? Ты говорил, что твоя дочь - настоящая леди, а я вижу какую-то взбалмошную девчонку, мокрую и растрепанную. Моя жена должна быть безупречна. Впрочем, я выбью из нее эту дурь.
- Месье Габен. - Стивен шагнул вперед, испытывая к французу все большую антипатию. Ее отец может молчать, раз он столь малодушен, но он, Стивен, не собирается! - Мадемуазель Аллен не совершила ничего предосудительного. Как я уже говорил, наша лодка перевернулась. Это целиком моя вина. Мадемуазель Аллен истинная леди, добропорядочная и благовоспитанная. А теперь прошу прощения, мне нужно переодеться. - Стивен взбежал по ступенькам наверх. Кто бы мог подумать, что отец Лизетты окажется таким бессердечным человеком? Теперь все ее страхи стали ясны как никогда. Этот Габен обращался с женщинами, как со скотом, да он ее едва не ударил! Пусть бы только посмел!.. Бедная Лизетт, достаться такому чудовищу! Представить ее, яркую и живую, рядом с таким жестким человеком, как Габен, было невозможно. Он способен только на одно - сломать ее гордый и непокорный нрав. То, чем она ему, Стивену, так нравилась.
Поравнявшись с дверью в библиотеку, Стивен вдруг заслышал рыдания и тут же ворвался в комнату. Лизетт свернулась калачиком в широком кресле и горько плакала, спрятав лицо в ладонях. Он привык видеть ее дерзкой, воинственной, но плачущей так отчаянно... Она не должна плакать! Этот мерзкий тип не стоил ни одной ее слезинки!
- Лизетт, милая... - Стивен присел перед ней на колени.