Дракен мерил комнату шагами, как тигр в клетке; разбитые костяшки уже затягивались драконьей регенерацией. Эларион застыл у окна, скрестив руки, профиль холодный и безупречный, как у статуи, — но я чувствовала его презрение ко всему сущему. Ликан рухнул в кресло и уставился в одну точку. А Сайлас сел за стол, достал чистый лист и начал быстро писать. Он анализировал. Даже сейчас — просчитывал, оценивал риски, переводил нашу трагедию на язык цифр.
Я опустилась на диван, обхватив себя руками. Холодный ужас из кабинета не отпускал. «Умиротворение». Само название было лживым. Лишиться магии — всё равно что ослепнуть, оглохнуть и потерять руки разом. Я вспомнила свой кошмар: я, бесполезная, брошенная всеми. «Умиротворение» сделало бы его явью.
— Итак, — первым нарушил тишину Сайлас, не отрываясь от записей. Голос ровный, но с металлом. — Оценив оба варианта, я пришёл к выводу: участие в турнире — единственно рациональное решение.
— Неужели? — хмыкнул Эларион, не оборачиваясь. — Какая проницательность. Ты, должно быть, потратил на этот вывод секунды три.
— Тридцать семь, если точно, — безразлично ответил Сайлас. — Я просчитывал наши шансы. Они ничтожны — меньше процента в текущем состоянии. Но вероятность пережить «Умиротворение», сохранив хотя бы десятую часть магии, стремится к нулю. Следовательно, выбор очевиден. Мы принимаем ультиматум.
— Принимаем? — взревел Дракен, останавливаясь. — Прогнуться под старого ящера? Играть в его игры? Выступить на потеху всей академии, чтобы они хохотали, глядя, как «Несогласные» позорятся?
— Я предлагаю выжить, — спокойно отозвался Сайлас, поднимая пустые глаза. — Унижение на турнире временно. Потеря силы — навсегда. Или твоя гордыня стоит дороже твоей магии?
Дракен открыл рот — и осёкся. Сайлас попал в самое больное. Сила, пламя — это была вся его суть, само его право существовать.
— Он прав, — глухо сказал Ликан из угла. — Другого пути нет. Соглашаемся.
Все посмотрели на меня — я была последней.
— Я согласна, — тихо сказала я. — Я не позволю им отнять у меня магию.
Решение приняли. Не потому что хотели — потому что альтернатива была хуже. Мы выбрали медленную унизительную борьбу вместо быстрой гарантированной смерти.
Назавтра мы отправили ректору согласие. Ответ пришёл сразу: неограниченный доступ в главный тренировочный зал академии и расписание ежедневных занятий. Первое — сегодня.
Когда мы впятером вошли в огромный пустой зал, меня кольнуло дежавю — слишком похоже на тот, в наших апартаментах, где Дракен едва не спалил всё дотла. Только теперь мы пришли не пар выпускать. У нас была цель. И она казалась недостижимой.
— Итак, — начал Дракен, принимая роль вожака так же естественно, как дышал. — У нас месяц. Мало, но мы справимся. Я разработал план. Начнём с базовой синхронизации боевых построений. Я — в центре, основной урон. Ликан — поддержка и исцеление. Сайлас — контроль территории, ослабление врага. Эларион — барьеры и контрзаклинания. А ты, — короткий взгляд в мою сторону, — ты пока просто старайся не мешать и не попадаться под ноги.
Удар под дых. «Не мешать». Я снова стала той бесполезной девочкой из кошмара. Но смолчала: спорить сейчас — значит сорвать тренировку, не начав.
— Я под твою дудку плясать не буду, дракон, — тут же отозвался Эларион с ледяным презрением. — Твоя тактика примитивна, как удар дубиной. «Я в центре, все вокруг» — какая оригинальность. Моей магии нужна точность и свобода манёвра, а не роль стенки, за которой ты прячешься.
— Я не прячусь! — взревел Дракен. — Я атакую! А ты меня прикрываешь!
— Я никого не обязан прикрывать. Я сам боевая единица, а не твой щит.
— Я буду действовать по обстановке, — вмешался Ликан своим глухим тоном. — Моё дело — сохранить всем жизнь. Я не могу торчать в одной точке, если помощь нужна на другом конце поля.
— А я вообще не вижу смысла в физических построениях, — добавил Сайлас, разглядывая манекены у стены. — Моя магия работает с энергиями и тенями. Мне необязательно стоять в определённом месте, чтобы поднять из-под земли костяную руку и схватить противника за лодыжку. Ваша беготня только создаёт лишний шум.
Тренировка ещё не началась, а «план» уже развалился.
— Прекрасно! — рявкнул багровый от гнева Дракен. — Делайте что хотите! Но когда нас размажут по арене в первую же минуту — вините себя. Манекены! Боевой режим! Уровень — средний!
Десяток манекенов у стены ожил, деревянные глаза вспыхнули красным, и они, скрипя суставами, двинулись на нас.