Ядовитая ирония Тедди могла раздражать, но здравость ее суждений была несомненна. Она умела разглядеть под всякими наслоениями суть проблемы.
— И ты ей все это высказала?
— Разговора не получилось, хоть я и старалась. Хоуп не захотела выслушать меня до конца. С тех пор она вообще перестала к чему-либо прислушиваться.
— А каково твое мнение о Джеке?
— По поводу их злосчастной свадьбы? — переспросила старуха и состроила гримасу, смысл которой Фрэнсис не уловила. — Джек — милый мальчик, с добрым, открытым сердцем. Я думаю, он был искренне увлечен Хоуп и стал бы хорошим, заботливым мужем. А вот его семейка оставляет желать лучшего.
— Объясни, пожалуйста, — попросила Фрэнсис.
— Они помешались на деньгах, на престиже и на том, что в их жилах течет голубая кровь. Фиона ухлопала кучу долларов и стараний, чтобы научиться хорошим манерам. Я подозреваю, что такие люди, стремящиеся выдать себя за потомков пилигримов с «Мэйфлауэра», на самом деле родились в сточной канаве близ публичного дома. Мы разделены на касты, все равно что в Индии. Рыбак, с которым путалась Хоуп, — из «неприкасаемых», а Джек — это местная аристократия.
— Ты сама числишься в обществе дочерей «Мэйфлауэра», — напомнила Фрэнсис.
— Был такой грех, — ухмыльнулась Тедди. — Это означало, что твои предки были или беглые преступники, или религиозные фанатики. Англия была рада избавиться от них, вот они и подались сюда. На мой взгляд, тут нечем особо гордиться.
Фрэнсис не удержалась бы от смеха, если б общий настрой не был таким трагичным. Ей рассказывали, что когда-то Тедди открыла специальный благотворительный ресторан с целью помощи семьям солдат, ушедших воевать на фронтах Второй мировой войны. Она уговорила своих светских знакомых поработать там в качестве официантов, а сама взяла на себя кухню. Первые несколько дней богатые люди посещали его из любопытства и ради престижа, потом ресторан опустел и затея лопнула. Но Тедди все-таки получила какую-то медаль от правительства, которую, впрочем, никому не показывала, а когда ее спрашивали о ней, она демонстративно отмахивалась.
— Тут еще появилось на свет это дурацкое отказное соглашение…
— А что это такое? — насторожилась Фрэнсис.
— Документ, на подписании которого настаивали Кэботы. Они убедили Аделаиду и Билла, но Хоуп и Джек отказались подписать его. Как меня угораздило не лечь спать вовремя, а выйти подышать морским воздухом и услышать, какая адская сцена там разразилась! Я сразу же поплелась прочь от дома Лоуренсов к себе, но хожу я медленно, уши мне заткнуть было нечем, и кое-что я слышала…
Фрэнсис затаила дыхание, ожидая продолжения.
— Полный абсурд, скажу я тебе. Джим Кэбот зачитывал, повторяясь, как попугай, пункты соглашения. Все четверо — Джим, Фиона, Билл и Аделаида — в один голос кричали, что это нужно сделать, и ругали своих детей. И Джек, и Хоуп в их представлении были идиотами, а сами они — нормальными людьми. А я усмотрела и со стороны Кэботов, и со стороны Лоуренсов лишь скаредность и корысть. Тут вошла Хоуп, возвратившаяся откуда-то, и увидела их четверых в библиотеке, обсуждающих этот проклятый документ, и пришла в бешенство… Она кричала, что родители продают ее. А если никто не верит, что она будет Джеку верной женой, то зачем ей выходить за него замуж? После той сцены она долго не разговаривала ни с матерью, ни с отцом.
— А как вел себя Джек?
— Джек был вне поля моего зрения, как ты понимаешь. Но, по-моему, этот чертов документ так и не был подписан.
— Тебе что-нибудь известно насчет Карла? — поинтересовалась Фрэнсис.
— Нет, и ничего не хочу знать о нем. Еще не хватает, чтобы меня обвинили в сводничестве.
— А ты знаешь, где его отыскать?
— Нет. Возможно, Аделаида знает или может узнать… Он из тех типов, которые кочуют туда-сюда. Перекати-поле… Что ему еще остается?
Издалека донесся сигнал трубы, заменяющий спуск флага. Но гордый «звездно-полосатый» оставался реять над океанским побережьем на высокой металлической мачте, а флаг яхт-клуба скорбно проскользнул мимо него, словно подраненная птица.
— Если бы Дик был здесь, он бы посоветовал не спускать флаг по поводу умершей. Нечего отмечать смерть. Праздновать надо при жизни, — подала голос Тедди.
— А как защитить жизнь? — глубокомысленно, как ей казалось, спросила Фрэнсис.