— Но Хоуп тоже встречалась с врачом?
— Ее физическое состояние внушало опасения. С этим Биллу легче было примириться. Ну и тогда он был очень напуган. Доктор Бентли, наш семейный врач, хотел посадить ее на антидепрессанты. Он пожилой человек и вполне консервативен в подходе к современным лекарствам. Он уж никак не прописал бы их Хоуп без необходимости. Я склонна была последовать его совету, но Билл сказал, что об антидепрессантах и речи быть не может.
— Почему?
— Это означало бы, что ее зарегистрируют как хроническую больную и внесут в аптечный список. Он убеждал меня, что, когда Хоуп выйдет замуж и заживет собственным домом, ей станет лучше. Билл не желал верить, что эта, по его выражению, дурь может навеки осесть в ее голове. И, уж конечно, не хотел, чтобы Хоуп начала свою совместную жизнь с Джеком, осознавая себя ущербной личностью.
— Ты не вспомнишь, какое средство собирался прописать ей доктор Бентли?
— Что-то на букву С. — Аделаида наморщила лоб, припоминая. — Серотонин, кажется.
Серотонин, аналог прозака, широко применяется для снятия или, на худой конец, временного облегчения депрессии. Клиенты «Ассоциации в защиту жертв насилия в семье» только и спасались этим снадобьем, и Фрэнсис вдоволь наслышалась о его чудодейственных свойствах.
— А как ты отыскала для Хоуп нового психиатра вместо той женщины?
— Его рекомендовал доктор Бентли.
— Доктора Франка? — уточнила Фрэнсис.
— Откуда ты знаешь?
— Джек упоминал это имя. А тебе известно, что Фиона Кэбот также обращалась к нему?
На дотоле каменном лице Аделаиды прорезалось удивление.
— Нет…
— А ты или Билл виделись с ним?
Аделаида поджала губы, явно не желая отвечать, но потом превозмогла себя и вновь заговорила, теперь уже совсем тихо, почти шепотом:
— Он начал с того, что пригласил нас обоих на первый сеанс. Он считал, что участие близких Хоуп людей положительно скажется на лечении. Я была с ним согласна, тем более что дочь жила с нами и мы постоянно общались, а вот Билл придерживался другого мнения. Он пошел со мной один раз, на сеансе весь извелся, а вернувшись домой, засел в библиотеке и напился. Таким пьяным я его никогда не видела. Я не могла допытаться, из-за чего он так расстроился, и уговорить его лечь в постель. Наутро графин со скотчем был пуст, а муж спал в кресле. Несколько раз он выдумывал предлоги, чтобы не ходить к психиатру, а позже вообще отказался наотрез. Он сказал, что доктор считает его виновным в том, что происходит с Хоуп.
— А после той вашей с Фионой беседы вопрос о состоянии Хоуп больше не поднимался?
Аделаида покачала головой:
— Нет. Она ни о чем не спрашивала, и меня это даже расстроило. Ведь вначале Фиона была так участлива, а тут вдруг потеряла всякий интерес к нашим проблемам. Ну а мне было неудобно самой затевать разговор на эту тему.
Тетушка поднялась со стула, прошла к буфету и, распахнув дверцу, извлекла из глубин стопку желто-синих салфеток — неиспользованный запас к несостоявшейся свадьбе. Ее пальцы принялись перебирать салфетки, разглаживать воображаемые складки на мягкой ткани. Это тоже была своего рода психотерапия, которую сломленный горем человек придумывает для себя сам.
— А что это за отказное соглашение, которое Хоуп должна была подписать?
Тетушка вздрогнула, как будто внезапно пробудилась и с неохотой вернулась из царства сна в холодную, негостеприимную реальность. По выражению ее лица можно было судить, что такого вопроса она никак не ожидала. Он ее крайне смутил.
— Почему ты спрашиваешь?
— Джек рассказал мне о нем. Якобы родители Джека настаивали, чтобы Хоуп согласилась на некие финансовые условия еще до свадьбы, а он был категорически против. Он еще сказал, что, когда родителям не удалось его убедить, они обратились к тебе и Биллу.
Аделаида, едва шевеля губами, произнесла покаянно:
— Тут, я скажу… мне за себя стыдно…
Фрэнсис невольно тоже перешла на шепот:
— А в чем дело?
— Получилось так, что мы сговорились за спиной у собственной дочери. За водкой с тоником и коктейлем с шампанским у нас на веранде. Кэботы пришли, чтобы обсудить проблемы на случай, если Хоуп и Джек разведутся. И это когда они еще не поженились. Позор, что я согласилась…
— На такой разговор?
— На все.
— А почему?
— Если я скажу, что по настоянию Билла, то это будет не совсем верно. Хотя в его доводах был здравый смысл. Казалось, что все делается в интересах Хоуп.