– Он женат?
– Какая разница? Все равно положение невесты слишком нелепо в моем случае.
– А положение развратной женщины?
– Положение развратной женщины для провинциальной актрисы естественно. Хахаля ей припишут, даже при полном его отсутствии и наличии живого мужа. Так лучше уж соответствовать представлениям людей, чем безуспешно их оспаривать.
В дверь гримерки осторожно постучали, и Овсиевская нехотя отозвалась после неприлично долгой паузы. Дверь приоткрылась и в проеме показалась голова Касатонова.
– Светлана Ивановна, – вежливо произнес олигарх, – пора свертываться. Я вас жду.
– Хорошо, Сергей Николаевич, – сухо ответила примадонна. – Подождите пару минут, пожалуйста, мы сейчас выйдем.
Касатонов отступил наружу и закрыл за собой дверь.
– Знаете, в чем преимущество ухажера перед мужем? – спросила Овсиевская.
– Не знаю.
– Статус претендента устраивает мужчину больше, чем статус мужа. В своем подавляющем большинстве эти твари не хотят ответственности и моногамных отношений. В положении кавалера они свободны от того и другого, поэтому держатся за паспорт без штампа, как за святыню.
– Но женщине ведь нужен муж, стабильность и гарантии обеспечения, а не приходящий в гости мужчина.
– Брак вовсе не гарантирует стабильности. По крайней мере, с тех пор, как развод превратился в совершенно обычную вещь. Если бы брак оставался церковным, и заявление о разводе нужно было бы писать на имя патриарха (хорошо хоть, не Вселенского, как католики пишут на имя папы Римского), брак стал всего лишь символической бумажкой, которая ничего никому не гарантирует. Гарантия лежит в характере отношений. Сможете привязать к себе мужчину – он останется вашим без всяких штампов. Не сможете – отметка в паспорте его не удержит.
– А дети?
– Если мужчине важны дети, они будут его удерживать, независимо от регистрации отношений с их матерью. Даже наоборот, отсутствие официального статуса привяжет мужчину к детям в большей степени, поскольку после расставания с женщиной никакой суд их ему не вернет, и даже нерегулярные встречи будут зависеть только от благосклонности женщины.
– Вы меня пугаете, Светлана Ивановна. Вы действительно считаете, что замуж лучше не выходить?
– Я просто разъяснила вам свой взгляд на жизнь, позволяющий мне в моем двусмысленном положении жить в мире с собой. Если вам для аналогичного самоощущения нужен официальный муж – выходите замуж.
Даша давно не верила в возможность примирения с собой и промолчала. Она так и не поняла, где искать идеального мужчину, и не поняла даже самого простого – никто ей не поможет в таких поисках. Никто не объяснит, который из известных ей мужчин и есть тот самый идеал, даже при наличии такового.
– Как же узнать единственного? – машинально произнесла она.
– Не ломайте себе голову, – беззаботно заявила Овсиевская, поднимаясь со своего места. – Думать и выбирать бессмысленно, можно только почувствовать.
Даша тоже поднялась и вышла вслед за хозяйкой из гримерной. Касатонов ждал их в коридорчике, и все трое вместе вернулись зал, успевший за вечер побывать и зрительным, и банкетным. Люди уже вставали и гремели стульями, толкались в дверях. В сторонке стоял Коля и смотрел на троицу со странным выражением лица – силился прочесть ситуацию. Даша отвернулась от него.
– Где же ваш кавалер? – поинтересовалась Овсиевская.
– Не знаю. Испугался, наверное.
– Ладно, садитесь с нами.
– Нет, что вы. Я сама доберусь, мне близко.
– Вот еще! Мы вас подвезем до дома, девушек среди ночи на улицу не выгоняют. А ухажера своего при случае пошлите куда-нибудь очень далеко, можно в непечатных выражениях.
Даша села в большую черную машину Касатонова, на заднее сиденье, рядом, с примадонной. Олигарх сел впереди, рядом с водителем, они тронулись с места одновременно с другой машиной. "Охрана, наверное", – подумала Даша и увидела через стекло Колю, провожающего ее взглядом.
В понедельник она вышла на работу в обычное время и обнаружила у подъезда Колю с большущим букетом цветов, превосходящим предыдущий. Сначала она прошла мимо него, молча и не глядя, затем остановилась и оглянулась.
– Хочешь убить меня презрением? – горько спросил кавалер. – Хорошо, убивай. Я обыкновенный человек, скандалов на общественных мероприятиях не закатываю и вообще стараюсь не иметь к ним отношения.
– Ты не подумал, что меня похитили?
– Нет, я за вами проследил.
– И не побоялся, что тебя охрана пристрелит?
– Хватит тебе издеваться. Ты считаешь, я должен был драться за тебя с Касатоновым или с его охраной?