Эшли внезапно просыпается. Удивительно, что ей удалось заснуть так легко, но она находится в тысячах метрах над Райаном, а скоро будет в тысячах километрах вдали. Дети взвыли от восторга, когда она предложила им провести неделю у бабушки. Забавно, как благодаря тем же качествам, которые сделали Дебору ужасной матерью, она стала прекрасной бабушкой. Возможно, то же самое произошло и с Хелен.
Рядом с ней Бек пытается заснуть. По напряженно сжатому рту сестры и плотно сомкнутым векам Эшли понимает, что сон к ней не идет. Эшли переплетает свои пальцы с пальцами Бек. Та открывает глаза и улыбается. Неизвестно, что ждет их в Вене. Возможно, рыжеволосая няня вовсе не была их бабушкой. А если и была, Петер Винклер так и не ответил на письма Бек. И даже если Бек или Кристиан дозвонятся до него из Австрии, в габсбургской коллекции его отца может и не найтись свидетельств, что император подарил Флоре алмаз, или других призрачных кусочков головоломки, доказывающих, что бриллиант принадлежит им по праву. И все же они посетят Вену, где Хелен выросла и потеряла свою семью. Это и есть подлинная цель их путешествия. Они пройдут по улицам, где гуляли Флора и Хелен, и станут ближе к ним.
Самолет прибывает слишком рано, чтобы можно было заселиться в отель, посетить архивы или заняться чем-либо еще. Город спит. Прохладным утром путешественники бродят по центру Вены, пока в десять часов наконец не устраиваются в отеле. В номере Миллеры лежат без сна, Бек и Эшли на одной двухспальной кровати, Джейк на другой. Несмотря на смену часового пояса, они полны бодрости, а мыслями устремлены к близким, оставшимся дома далеко отсюда.
Джейк представляет, как рассказывает Кристи о первых впечатлениях от Вены в золотистом утреннем свете. Все дома здесь большие и серовато-желтоватые. Из-за этого весь город кажется живущим вне времени, хотя большинство магазинов торгует дизайнерской одеждой и современными предметами роскоши. И все же чистота этого города придает ему романтичный вид. Если Кристи простит его, он привезет ее сюда и они вместе познакомятся с его исторической родиной.
Прекрасно понимая, что никто не спит, Джейк наконец спрашивает:
— Думаете, мы найдем ее?
— Да, — чересчур уверенно произносит Бек. — В архивах должны быть сведения о Флоре.
В комнате снова воцаряется тишина. Джейк и Эшли переглядываются, волнуясь за Бек, ее безосновательная убежденность беспокоит их.
Здание Семейного, судебного и государственного архива ничем не выделяется среди окружающих построек и представляет собой массивное сооружение цвета охры, довольно величественное. Его столь же впечатляющая коллекция документов состоит из деловых бумаг за много столетий. Миллеры стоят в темном вестибюле рядом с Кристианом, который тихо разговаривает с архивистом.
— Флора Ауэрбах — ее имя в браке, правильно? Вы знаете, была ли она замужем, когда работала при дворе? Если нет, какая ее девичья фамилия? — спрашивает Кристиан Миллеров.
— Я знаю только ее фамилию после замужества. Мне не удалось найти свидетельство о браке в Интернете, так что мне неизвестно ни когда она вышла замуж, ни какой была ее девичья фамилия, — объясняет ему Эшли.
— Много ли женщин с именем Флора могли служить при дворе в тысяча девятьсот восемнадцатом году? — указывает Бек, замечая легкую досаду на лице Кристиана, когда он снова поворачивается к сотруднику архива.
Они продолжают переговариваться таким образом, пока архивист наконец жестом не приглашает их следовать за ним и не ведет их по лестнице в архив мимо статуи женщины в пышном платье. Поднимаясь по ступеням, Кристиан исполняет небольшой хореографический номер. Эшли бросает взгляд на Бек, и та пожимает плечами, чувствуя, как краснеет.
— Нам придется просмотреть дела всех придворных, — говорит Кристиан. — Даже если она действительно работала во дворце, ее личного дела здесь может и не быть. Говорят, когда империя рухнула, многие документы были признаны неважными и уничтожены.
— Документы няни, которая спасла кронпринца и остальных императорских детей, могли счесть неважными? — спрашивает Бек.
Кристиан пожимает плечами.
— Монархии больше не существовало.
— Нужные нам бумаги здесь, — настаивает Бек.
Джейк и Эшли снова переглядываются, но ничего не говорят.