Глава 6
На учет в женскую консультацию я встала на той же неделе, когда узнала, что беременна. Мы подумали с тетей Ниной и решили, что в женской консультации Рустам меня точно искать не будет. Даже если он меня и ищет, то женскую консультацию обойдет стороной.
Роза Артуровна действительно оказалась врачом от бога. Беременность проходила у меня нормально, помучил токсикоз в первом триместре и все. На втором скрининге я узнала, что у меня будет девочка. Я стала выбирать имя и остановилась на имени Мия.
К рождению ребенка мы с тетей Ниной стали готовиться практически сразу как я встала на учет в женскую консультацию. То, что до рождения ничего покупать нельзя, по словам тети Нины, это все ерунда. Как она сказала, наоборот готовиться надо заранее. Она закупила материал из фланели и ситца, нашила пеленок. Я когда выезжала покупала бутылочки, соски, костюмчики, подгузники. Все, что в тот момент было по акции.
Дело в том, что все упиралось в деньги, которые таяли у меня прямо на глазах. А взять мне их было негде. Тетя Нина договорилась с хозяином местного магазина, и я выходила на работу по выходным, зарплату получала наличкой. Так у меня появились еще хоть какие деньги. Проработала я в магазине до нового года, а потом стало понятно, что необходимости открывать магазин по выходным нет.
Тетя Нина купила мне ванночку, стульчик для кормления, коляску, при чем очень хорошую коляску, я тогда сокрушалась, что она так много денег потратила и еще много чего по мелочам. Я была так благодарна этой доброй женщине.
Кроватку, тетя Нина взяла у соседей, у которых мальчику было около трех лет, и она им уже оказалась не нужна. Кроватка была почти новой, я вымыла ее и тот же сосед, отец мальчика, собрал ее у меня в комнате, как раз там было место у стены возле моей кровати. Тетя Нина сказала, что как только я рожу, она ее застелет и повесит бортики.
В роддом меня положили заранее, так как первая беременность, машины дома не было, и Роза Артуровна решила подстраховаться. Родила я на третий день нахождения в роддоме, двадцать девятого апреля. И хотя по словам Розы Артуровны роды прошли хорошо и меня она хвалила, роды, кстати она принимала у меня лично, для меня эти восемь часов стали адом. Не знаю кто там говорит, что в родах ничего нет страшного. Ага! Это очень страшно и вряд ли я когда-нибудь решусь на второго ребенка. На эти мои слова Роза Артуровна рассмеялась и сказала, что обязательно решусь.
Но тот момент, когда мне на грудь положили мою маленькую девочку, я не забуду никогда, все боли, страхи сразу же позабылись. Это неописуемые ощущения. Безграничное чувство нежности, ласки и любви. Она такая крошечная, такая маленькая, моя доченька, Гумарова Мия Рустамовна. Свидетельство о рождении я сделала в роддоме и в графе отец записала Рустама.
После рождения дочери о Рустаме я уже не думала каждую секунду, но когда вспоминала сердце билось намного быстрее. Я продолжала его любить. А еще чувствовала угрызения совести, я считала неправильным то, что он не знает о дочери. Я понимала, что должна ему сказать, но вспоминала о его предательстве и меня снова душила обида. А еще я думала о том, что у него со второй женой тоже уже может родиться ребенок. И мысли об этом разъедали меня изнутри.
Беременность у меня была спокойной, а вот материнство меня выматывало до изнеможения. Мия плохо брала грудь, соски лопались и ужасно болели, потом мастит, температура под сорок, тетя Нина меня расцеживала, а я от боли чуть на стену лезла, Мия вроде грудь рассосала, но мастит повторился и тогда Роза Артуровна предложила перейти на смесь.
Смесь пришлось подбирать долго, то запор был, то высыпания, наладилось все более-менее только к четырем месяцам. С коликами мы справляться научились, вставала кормить каждые два часа. И все это время со мной была тетя Нина. Периодически она давала мне выспаться, забирая рано утром Мию.
Когда дочке исполнилось полгода, с деньгами у нас стало совсем туго. Пенсии и периодических заработков тети Нины едва хватало. Малышка росла, ей требовалась одежда, смесь тоже была дорогой, а ее хватало на четыре дня, подгузники и плюс ко всему мы стали вводить прикорм. Именно поэтому я решила выйти на работу. Тетя Нина меня поддержала, и несмотря на ее уже почтенный возраст, я доверяла ей дочку, она с ней нянчилась словно с родной внучкой. Да и выбора у меня особо не было. Нам нужны были деньги.
Я чувствовала, что тетя Нина искренне полюбила Мию. А ее было невозможно не полюбить. Ей всего шесть месяцев, а она уже такая смышленая, стала садиться, пытается ползать. Тетя Нина постоянно поет с ней песенки, проговаривает потешки, Мия всегда внимательно слушает и улыбается.