- Здравствуй, Алиса. Рад тебя снова видеть. – поприветствовал Федор Петрович, ставя свой чемоданчик на стул, а сам достал антибактериальный гель и стал протирать им руки. – Рассказывай, что случилось? – спросил он, переходя на деловой тон, словно совсем не удивлен видеть меня с ребенком на руках.
Я принялась рассказывать ему все предшествующие моменты до сегодняшнего утра. Федор Петрович периодически задавал уточняющие вопросы. Затем принялся осматривать Мию.
- У нее режутся нижние центральные резцы, плюс ко всему длительная дорога и перелет ослабили ее иммунитет, из-за чего она подхватила вирус. – сказал Федор Петрович, раздевая Мию до гола и укладывая на животик на пеленальный столик. – В принципе ничего страшного, я выпишу лекарство и к вечеру ей уже будет легче. – сказал он, рассматривая небольшое родимое пятно на бедре Мии.
- Точно ничего серьезного? – обеспокоенно спросила я.
- На всякий случай я возьму кровь, чтобы убедиться наверняка. Но если вдруг тебя еще что-то будет беспокоить, звони. – сказал Федор Петрович, заканчивая осмотр.
Затем он дал суспензию Мие, жаропонижающие, которое было у него с собой, написал лекарства, которые надо было купить и протянул листок мне.
- Спасибо! – поблагодарила я.
На что Федор Петрович кивнул мне и вышел из комнаты.
- Давай я отправлю водителя в аптеку. – предложила Джамалия, которая как оказалось все время была здесь.
Речь шла о лекарстве для Мии, поэтому я засунула свою гордость куда подальше и протянула ей листок, который мне дал врач.
- А также дай список, что нужно. Вам же что-то нужно? Если ты можешь обойтись, то ребенок вряд ли.
Не хотя я взяла листок со списком с тумбочки и протянула его Джамалии. Та, кивнув вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. Температура видимо стала спадать и Мия задремала на моих руках. Я посмотрела на нее и мое сердце снова сжалось от беспокойства за нее. Я надеялась, что Федор Петрович прав и на самом деле нет ничего серьезного.
Как только Мия крепко уснула, я переложила ее в кровать и стала думать. Думать о поведении Джамалии. Не было похоже, что она испытывает ко мне неприязнь или злость. Наоборот, казалось, что она «нормально» ко мне относится. В отличии от меня к ней. Возможно, она сама по себе хороший человек. Но какой бы хорошей она не была, я никогда не смирюсь, что она вторая жена моего мужчины. Только подумав об этом, у меня в груди снова стало печь от ревности. Именно из-за Джамалии Рустам перестал быть моим. Не стоит об этом забывать.
Примерно где-то через час она принесла лекарства, а следом вошел один из охранников, внося пакеты с покупками.
- Спасибо. – поблагодарила я ее.
- Не за что. Если тебе или малышке что-то будет нужно, ты говори…
- Джамалия, послушай. Я очень благодарна за сегодняшнюю помощь. Но я повторю тебе снова, что говорила вчера. Мы не сможем с тобой «дружить». Я не могу простить Рустама, он меня предал, и ты являешься звеном раздора. Я не буду никогда делить своего мужчину ни с кем. Я надеюсь, что рано или поздно Рустам поймет, что между нами все кончено и отпустит меня. Вот тогда живите, как хотите. Пусть хоть еще сто раз женится, а вы дружите между собой.
На мои слова Джамалия опустила голову, немного помолчав она произнесла:
- Вы не слушаете друг друга, а вам надо поговорить.
- Нам не о чем говорить.
Джамалия внимательно на меня посмотрела. Она хотела что-то сказать, но долго не могла подобрать слова. А потом все же сказала.
- Рустам любит тебя…
Я рассмеялась
- А тебя? Тебя он любит? – спросила я.