Несмотря на то, что Рустам приехал домой поздно ночью и пьяный, уехал он утром как обычно. А в обед, когда я собиралась укладывать Мию на дневной сон, дверь в комнату резко распахнулась и в комнату вошел Рустам. От неожиданности я вздрогнула и уставилась на него. Рустам как всегда выглядел безупречно: черные брюки, белая рубашка, на скулах еле заметная щетина. Он прошел в комнату быстрым шагом, подошел ко мне и протянул мне какие-то бумаги.
- Подписывай. – произнес он.
- Что это? – спросила я.
- Заявление на развод. Через неделю нас разведут.
Я стояла, как громом пораженная. Развод?
- Что? Ты же сама этого хотела? – заметил он мою растерянность.
- Хотела. – ответила я. – Но ты не хотел. – напомнила я ему.
- Теперь я понял, что ошибся. Ничего у нас не получится. – ответил Рустам.
А мне захотелось закричать «Почему?» Почему он поменял свое мнение. И да, я хотела развода. Думала, что так будет правильно, что так будет лучше. А теперь… Теперь я сомневалась. И жить так как мы живем сейчас невозможно и разводиться я… не хотела. Себе я могла в этом признаться. Как я не противилась, но мое сердце принадлежало ему. Я пыталась себя заставить, но не смогла его разлюбить.
- Ну так что, передумала? – давил на меня Рустам, и мне казалось, что он издевается, я даже слышала издевку в его голосе. – Ты, наверное, за этим меня вчера ждала? Хотела снова поговорить о разводе?
- Я знаю, что вы с Джамалией развелись почти полгода назад. – сказала я, а сама чувствовала, как мой мир рушится..
- И что? Это меняет что-то? – спросил он.
- Меняет! Ты мог со мной поговорить, рассказать мне… - выкрикнула я, но сразу же осеклась, оглядываясь на Мию. Я даже не заметила как она уснула.
- Я тебе многое хотел рассказать полтора года назад, но ты не дала мне возможности. Сбежала. Изменила… - сделал шаг ко мне Рустам. – Джамалия никогда не была мне женой по-настоящему, только формально и после соблюдения всех формальностей мы развелись. – сказал Рустам, а я почувствовала, как подкашиваются мои ноги.
Что? Как так? Ведь Салима Магомедовна мне сказала тогда, что он берет в жены другую девушку потому что я не могу родить. И я поверила ей. У меня кружилась голова, хотелось задать тысячу вопросов, рассказать столько всего, признаться…
- Между мужем и женой должно быть доверие. Между нами его нет. И как оказалось, не было изначально.
- Все не так, Рустам. – проговорила я, чувствуя, как в горле образовывается огромный ком. Очень сложно было говорить на эту тему.
- Как, не так? Ты не сбегала? Ты не изменила? = спросил он.
- Нет. – ответила я охрипшим голосом.
Рустам рассмеялся. Он не верил мне. Все зашло слишком далеко. Я ни разу не попыталась обелить себя, не пыталась опровергнуть его домыслы о моей измене. Но и он молчал. Хотя давно мог все рассказать. Мы еще несколько месяцев назад могли поговорить и все выяснить. Но взаимные обиды не дали нам этого сделать.
- Мне было сказано, что ты женишься на ней, потому что я не могу тебе родить. – сказала я.
- Ну да… - неверующе сказал Рустам. – Через неделю нас разведут. Ты свободна. Как и хотела. Ты же сама говорила, что между нами не будет, как прежде. Я подумал и понял, что ты права.
- Ты разлюбил меня? – сорвалось с моих губ раньше, чем я смогла подумать.
Рустам внимательно посмотрел в мои глаза, даже немного удивленно, он не спешил отвечать и у меня закралась надежда, что он скажет нет. И тогда у нас будет шанс, потому что я точно знала, что продолжаю любить его. Но он ответил:
- Да.
Простое, короткое, да, и мое сердце упало куда-то вниз, раскалываясь на тысячу мелких осколков.
Я смотрела на него, на его спокойное лицо, и пыталась уложить в голове эту новую реальность. Где тот мужчина, которого я знала? Где страсть, где борьба, где хоть намек на то, что он не хочет меня отпускать? Рустам молчал. Я тоже. Мы просто смотрели друг другу в глаза под полную тишину. Эта тишина была оглушительнее любого крика. Она заполняла комнату, давила на грудь, лишала воздуха. Я чувствовала себя так, словно меня только что выбросили на берег, оставив после себя лишь пустую ракушку. А Рустам… он просто повернулся и ушел, оставив меня наедине с этим невыносимым «да». Мир вокруг потерял краски, звуки притупились. Я была живой, но внутри все умерло. И самое страшное было не в разводе, а в том, что я поняла – я была не нужна, он больше меня не любит. И это осознание было больнее всего.
Я легла на кровать рядом со спящей Мией, прижала маленькое тельце к себе и горько заплакала. Вот он, горький конец такой красивой любви.