Я взял бумагу и понял, что это результат теста на отцовство, в нем была таблица сравнения генетических профилей, по результатам которой я ничего не понимал. Я спустился ниже и увидел заключение: «Отцовство не исключается». Вероятность отцовства очень высокая (99,9% и выше). А дальше пояснения, совпадения всех анализируемых маркеров.
Глава 32
Рустам
Я несколько раз перечитал заключение. Я не мог поверить. Я отец. Ребенок Алисы мой ребенок. У меня есть дочь. Мия Моя дочь. Алиса мне не изменяла. Не изменяла. Она меня не предала.
- Я не могу в это поверить… - произнес я, сильно охрипшим голосом.
- Я не знаю, что побудило ее тебя обмануть. – проговорил Федор Петрович, - Но Рустам, послушай моего совета. Сейчас тебе не стоит ехать домой. Тебе надо все обдумать, успокоиться и только потом разговаривать с Алисой. Во всей этой ситуации больше всех пострадала она. Да, понятно, ты поступил правильно, помогая Джамалии, но с Алисой тебе надо было поговорить «до».
Я боялся поговорить «до». Боялся, что она не поймет, обидится, психанет, а времени успокаивать ее у меня не было.
Брехня! Я просто хотел поскорее решить проблему, мне казалось, что разговор с Алисой подождет. Я посчитал, что разговор с ней не настолько важен. Придурок!
- Я пойду. - сказал я, вставая с кресла. – Спасибо, Федор Петрович. – поблагодарил я доктора, взявшись за ручку двери и оборачиваясь к нему.
Федор Петрович провожал меня взглядом и лишь коротко кивнул головой.
Мне надо было все обдумать. Осмыслить. Я хотел побыть один.
Я вышел на улицу и вдохнул морозного воздуха полной грудью. Легкие обожгло. Мне захотелось немедленно поехать домой и поговорить с Алисой. Вытрясти из нее всю правду. Моя картинка, которую я нарисовал о ее жизни за эти полтора года сейчас была разрушена. Мне казалось, что я все знал и не углублялся, потому что боялся, что, узнав с кем она мне изменила оторву ему голову, а потом заодно и ей. А теперь нарисованная мною картина оказалась совсем не такой. Я, оказывается, ничего не знал. Не знал с кем она жила, кто ей помогал…
Я ворвался в салон машины и завел двигатель, практически сразу срываясь с места. В офисе, в рабочем столе есть папка, которую мне подготовил нанятый мной человек. В ней есть информация. Я, идиот, не стал ее читать, думая, что достаточно знаю.
Мои сотрудники не ожидали меня увидеть сегодня, поэтому мое появление их очень напугало. Моя секретарша поспешила поинтересоваться, все ли в порядке. Я сказал, что все хорошо и закрылся в кабинете. Сел в кресло, достал папку и… боялся ее открыть. Блядь, я открыл папку и стал читать.
«Гумарова Алиса Борисовна, проживала в селе Выселки, Смоленской области у Чепрасовой Нины Викторовны. Стояла на учете по беременности в Бобровском районе у врача Сабиной Розы Артуровны. После того, как ее с ребенком выписали из роддома, она вернулась в дом к Чепрасовой. Мужчин в их доме замечено никогда не было. Помогала заботиться ей о ребенке Чепрасова. В ноябре Алиса Борисовна пропала. По словам Чепрасовой ее забрал муж».
Не густо, но исчерпывающе. Подучается Алиса жила у этой женщины. Интересно, кто она? У нее кроме бабки, которая умерла никаких родственников не было. Откуда взялась эта Чепрасова Нина Викторовна?
Я стал прокручивать в голове наш разговор, тогда в Москве. Она сказала, что у нее новая жизнь, что у нее есть ребенок, совсем маленький. Тогда я разозлился. Мне даже в голову не пришло, что ребенок мог оказаться моим. Я сразу же стал предъявлять ей претензии, предположил, что она мне изменила и Алиса сказала, что «да». Твою мать, вот я дебил! Я ведь обвинил ее в измене, в то время как она думала обо мне также. Вот она и солгала! Блядь! Я слепой идиот!
Я вскочил с кресла и стал метаться по кабинету. Сколько же я ей боли сделал, думая, что она меня предала. Сколько оскорблял, говорил всего. И делал… Я сейчас готов был сам себе шею свернуть за то, как обращался с ней. Я грозился любого убить, кто ее обидит, а в итоге обидчиком стал сам.
Я смотрел в окно, где уже сгущались сумерки, и сердце сжималось от боли. Слова, слетевшие с моих губ в пылу гнева, теперь казались мне ядовитыми стрелами, которые я сам пустил в самое дорогое, что у меня было.
Алиса была ангелом, сошедшим с небес, воплощением всего самого светлого и чистого. Как я мог ей не доверять? Как мог позволить себе допустить такие мысли? Она была верна мне. А я, в своей глупости и гордыне, разрушил все.
Она сбежала от меня полная обиды. И ее можно понять. В ее глазах я был предателем, ей казалось, что я нарушил обещание, которое давал. Она сбежала уже будучи беременной. Интересно, как она узнала о беременности, что чувствовала? Как проходила ее беременность, как она выглядела? Всего этого я не знал лишь по своей вине.