Эдвард хмыкнул.
— Иди за мной, — приказал он и развернулся, шагая вперед.
Я последовала за ним, пытаясь внушить себе быть более безразличной, когда тип, идущий передо мной, умничает и приказывает.
Мы зашли в лифт. Поднимался он плавно и достаточно долго.
Я стала понимать, что осталось совсем немного до того, как я раскрою многие карты и узнаю свое предназначение рядом с Эдвардом. В своей, так сказать, новой жизни. От этого осознания сердце в груди заколотилось быстрее. Мой организм начал работать активнее. Кровь будто закипела и стала быстрее циркулировать по венам. Дыхание участилось, а кислорода в кабине лифта будто становилось меньше.
— Умей контролировать свое состояние. При любых обстоятельствах сохраняй хладнокровие, — просочился низкий баритон мужчины сквозь корку моего сознания.
— Это Ваш первый урок? — Я погладила свою шею, понимая, что он уловил мое волнение.
— Да, — улыбнулся он. — Их будет еще много и, надеюсь, ты примешь эти правила к сведению и осознаешь.
— Можете не сомневаться, — уверенно ответила я и лифт тут же раскрыл двери.
Мне просто необходимы эти уроки как воздух. И если еще будет практика к ним, то могу сказать, что уроки точно освою в полной мере.
Мы вышли в приемную. Стены были темными, как и кафельный пол. Единственный живой огромный цветок придавал этому строгому месту выразительности.
— Эмили, принеси бумаги, которые я вчера передал тебе, — бросил Эдвард девушке в приемной, когда направлялся к двери своего кабинета.
— Минуту.
Я посмотрела на девушку, пока шла за Эдвардом. Она была в строгом, классическом брючном костюме, а ее каменное лицо оправдывало ее внешний вид. Неужели здесь все такие бесчувственные и безэмоциональные, словно роботы? Если это так и я не увижу иного, хоть какого-то просвета, то начну считать этого жесткого мужчину укротителем людей, или монстром, который выкачивает из людей весь их позитив и эмоции.
Эдвард пропустил меня первую и закрыл за собой дверь. Я снова оказалась в царстве мрака и строгого интерьера его кабинета.
Кабинет был оформлен в английском стиле. Смесь аристократизма, сдержанности и роскоши. Как раз под стать для такого, как Эдвард Дэвис. В кабинете массивная деревянная мебель, кожаный диван. Я обратила внимание и на потолок, поскольку хрустальная люстра приковывает к себе внимание. Будто капельки дождя застыли в воздухе. На стенах над диваном две картины, смысл которых мне пока не ясен. И что еще более важно, они вписывались в интерьер кабинета своей строгостью, поскольку на них изображена архитектура.
Эдвард сел на свое главенствующее офисное кресло. Прежде чем сесть напротив него, я заметила еще один стол с множеством кресел. Видимо, это стол для переговоров.
Эдвард потянул за ручку ящика в своем столе и достал со дна внушительный конверт из плотной черной бумаги. Прежде чем достать из него содержимое, он оставил его на поверхность своего стола и дождался Эмили, которая, постукивая своими каблуками по кафелю, приблизилась к своему боссу и отдала ему то, о чем он просил.
Девушка ушла без лишних разговоров и тогда Эдвард прочистил горло и снова схватился за конверт, который заинтересовал меня с первых секунд, как только я его увидела. Будто внутри расписана моя судьба. Возможно, так и есть.
Эдвард молча достал бумаги и передал их мне. Я сдержанно приняла их холодными пальцами и посмотрела на содержимое. Первое, что бросилась в глаза, это заголовок, напечатанный огромными буквами «Контракт».
Я подняла глаза на Эдварда, который уже откинулся на спинку своего кресла и молча смотрел на меня, выжидая моей реакции. Сейчас он выглядел очень заинтересованным, что бывает редко.
— Читай пункты. Если что-то будет непонятно, говори, — дал он наставления, и я вобрала в легкие больше воздуха.
Опустив глаза вниз на бумаги, я снова принялась читать, чувствуя на себе пристальный взгляд янтарных глаз.
Сначала я пробежалась глазами по мелкому шрифту, где было что-то по типу инструктажа. Совсем скоро я добралась до самого главного. Было всего в моих руках две бумаги, которые я рассмотрела с двух сторон и снова посмотрела на мужчину, сидящего передо мной.
— Тринадцать пунктов? — вскинув бровь уточнила я.
— Я не суеверный.
Я снова выдохнула. Пошутить с ним тоже не получается.
Я вчитывалась в каждое слово, нахмурив брови.
Слушать во всем свое начальство и выполнять все приказания? А я смогу?
Ничего предрассудительного в мои глаза не попадалось, что радовало. Хотя требования я читала с замиранием сердца и как только я переходила к новому пункту, дыхание прерывалось, будто сейчас наткнусь на что-то ужасное. Интуиция чаще всего меня подводит, поскольку я больше склонна к логике. Что странно и редко для женщины.