Я не знаю.
Но когда я сделала шаг в пропасть и полетела вниз, словно птица, но птица без крыльев, знающая лишь о полете вниз, почему-то чувствовала Эдварда рядом и была убеждена, что со мной точно ничего не случится. Это ведь еще одна установка, которая может разочаровать. Перед каждой угрозой для моей жизни я буду ждать Эдварда Дэвиса, как своего ангела-хранителя. Но если он не придет и не спасет меня — разочаруюсь во всем. Как мне бороться с этой установкой, он мне случайно не растолкует?
Я летела вниз всего четыре секунды. Но мне этого хватило, чтобы увидеть перед глазами всю свою прожитую жизнь. Я старалась не думать о том, что трос может порваться. Но эти навязчивые мысли сами лезли в голову, будто я враг самой себе и убиваю себя этими доводами морально.
Сначала я страшно боялась, переставая дышать. Сердце будто выпрыгнуло из груди в этот момент или остановилось, поскольку я не слышала его биения. Горячий воздух прорезал кожу и заставлял прикрыть глаза. Я напряглась всем телом, автоматически раскинув руки по сторонам. Только это действие позволило мне спустя время, когда резина стала пружинить, подкидывая меня вверх еще несколько раз, почувствовать себя птицей, наслаждаясь свободным парением в воздухе. Я будто нырнула в пропасть, которая засосала в себя мой страх высоты.
Позже я вовсе засмеялась, когда повисла на тросе над рекой, и просто стала наслаждаться видом. Я осознала, что летела со ста сорока двух метров, когда земля своим всемирным тяготением тянула меня вниз. Тогда я засмеялась еще громче, ведь это полное безумие, и такой экстрим хотят ощутить именно безумные люди, которые пытаются проверить жизнь на прочность. У кого-то она железная и стойкая, у кого-то бумажная и быстро рвется. Я же таким способом поборола свой страх, но при этом еще поняла, что моя жизнь железная.
Вскоре меня подняли на мост и сняли все приспособления. Мои колени дрожали, это я не могла контролировать. Руки тряслись так, будто у меня тремор. Я так и не посмотрела на Эдварда, хотя он внимательно наблюдал за мной и будто ждал, когда я подниму на него глаза, чтобы увидеть мои чувства после такого шага.
— Как себя чувствуешь? — спросил парень, помогающий мне снять трос.
— Я стала ценить жизнь сильнее, — только и ответила я ему. Но Эдвард, стоящий рядом, хочет слышать другого. Но то окрыление, которое я сейчас ощущаю, не проговорю вслух.
— Так и должно быть, — улыбнулся парень. — На такой шаг достаточно пойти раз, чтобы понять смысл своей жизни.
Я посмотрела на него и улыбнулась. Мне понравились его философские мысли. Парень с каштановыми волосами и синими, как бездна океана глазами, улыбнулся мне в ответ.
— Держи, — он вручил мне в руку рассасываемую таблетку. — Это немного поможет тебе быстрее успокоится и прийти в себя.
— Спасибо за заботу, — смутилась я и приняла подношение.
— Отлично. Превосходная забота. И если она бескорыстная, то свободен, парень, — твердым баритоном проговорил Эдвард.
Парень собрал трос и вернулся к своим. Я положила в рот белую таблетку и ощутила кислый вкус на языке.
— Когда ты прекратишь быть такой доброй с окружающими?
Я резко подняла на Эдварда осуждающий взгляд.
— Если ко мне относятся по-доброму, то почему я не могу?
— Несомненно можешь, — кивнул он, — но не так открыто и не так часто. Иначе привыкнешь и будешь думать, что все люди желают тебе лишь добра. И ты будешь отдавать и отдавать, пока не оставишь себя опустошенной.
Я повернула голову в сторону, к безграничному пейзажу голого каньона, и усмехнулась. Затем облизала иссохшие из-за ветра губы и снова посмотрела на Эдварда, чуть прищурив глаза из-за солнца.
— Вы так хотите, чтобы я выжила в этом мире. Вы взяли меня под свое крыло и позволили расплатиться с долгами отца. Но при этом сегодня Вы равнодушно привели меня в это место и заставили сделать то, чего я так боюсь. Знаете, из-за страха высоты у человека может остановиться сердце. Вам на заметку.