Он обошел автомобиль и сел за руль. Я вздохнула. Да, он пробуждает меня. Я не отрицаю и позволяю. Я раскрываюсь, словно бутон. Но кое-что мне нужно сделать самой. Я должна научиться подавлять свои эмоции и не показывать их. В первую очередь ему.
Глава 18
Элла
Пока я направлялась в свой номер, Эдвард следовал за мной неторопливыми размеренными шагами. Когда мы ехали, я не проронила ни слова, как и он, хмуро наблюдая за сменяющимся непривычным для меня пейзажем за окном. Но так и хотелось осыпать его очередными вопросами. Например, о своей маме. Меня уже пугает тот факт, что Эдвард действительно знает о ней больше, чем родная дочь. Но после всех его сегодняшних выходок, вылезающих из края вон, у меня нет никакого желания находиться рядом с ним и тем более разговаривать, чтобы в очередной раз услышать порцию нравоучений. Я лучше поберегу нервы. И, когда настанет хороший момент, расспрошу его про маму. Лучше заводить этот щепетильный разговор на холодную голову, чем во время все еще не потухших эмоций.
Я открыла номер ключом и зашла, закрывая за собой дверь. Но хлопка я не услышала. Вместо этого позади меня слегка затрещал паркет от тяжелых шагов. Закатив глаза, я обернулась к нему и сложила руки на груди.
— Что-то еще? — непринужденно спросила я, стараясь быть не слишком резкой.
— Да, — ответил он ровным тоном и приложил мобильник к уху. — Заходи, мы вернулись, — проговорил он и сбросил вызов.
Моя дверь в номер была открыта нараспашку, поэтому я четко могла услышать, как захлопнулась соседняя дверь, и после раздались женские торопливые шаги.
Вскоре в моем номере оказалась та, кого я даже представить здесь не могла. Эльвира с широкой улыбкой приблизилась ко мне и обняла. Я даже не заметила, как раскрыла рот от удивления, но на ее объятия с радостью ответила. Это уже происходит на автомате, когда я вижу свою черноволосую подругу.
— Ты как здесь? — с любопытством спросила я.
— Когда Марта мне сказала, что вы с Эдвардом уехали, я подумала, что тебе точно нужна моя компания, — она подмигнула мне, и я широко улыбнулась. — Прилетела на самолете. Удачный город вы выбрали. Самолет сел прямо здесь.
Если бы Эльвира успела приехать раньше и участвовала в моменте, когда я прыгала с высоты на канате, то точно бы перенесла эту травму не так тяжело, как переносила ее рядом с Эдвардом. Но об этом я не стану говорить в слух. Мне уже самой кажется, что я сильно драматизирую и жалею себя.
— В любом случае, я рада тебя видеть.
— Естественно ты рада, — фыркнула Эльвира. — Я-то тебе предоставлю настоящий отдых, в отличии от некоторых личностей.
Я мельком взглянула на Эдварда, стоящего за ее спиной, и заметила, как он закатил глаза.
— Тогда не смею вам мешать, — проговорил он и направился к выходу.
— Да, иди, — махнула ему рукой его сестра.
Дверь за собой Эдвард не закрыл, поэтому я увидела, как он завернул налево, а не в свой номер. Нахмурившись, я дала Эльвире знак ждать меня здесь и помчалась широкими шагами за ним.
— Куда Вы? — спросила я без каких-то формальностей, когда нагнала его на лестнице.
— У меня встреча, — привычным холодным тоном ответил он, не оборачиваясь и спускаясь по лестнице.
— Вы надолго? — Я сделала два шага вперед и схватилась за перила.
Эдвард остановился на ступенях и тяжело вздохнул. Об этом говорили его напряженные плечи, которые после выдоха расслабленно опустились. Он повернулся ко мне в пол оборота. Янтарные глаза впились в меня с легким прищуром. Они были наполнены раздражением.
— Я должен перед тобой отчитываться? — бесстрастно спросил он.
— Я просто задала безобидный вопрос. А Вы все как обычно в штыки воспринимайте, — фыркнула я. — Мне нужно с Вами поговорить вечером.
— Придется подождать. Я сегодня занят.
— Вы не можете уделить мне даже пол часа?
— Сегодня нет. Как и ты, я тоже хочу отдыха. Поговорим на твою тему, когда вернемся в Нью-Йорк.
После этих слов он снова стал спускаться вниз, а мое желание настоять на своем улетучилось. Его мобильник зазвонил, и он быстро ответил на звонок.
— Слушаю, Бритни. Уже выезжаю.
Это все, что я услышала. Далее он скрылся за стеклянными дверьми отеля, которые автоматически раскрылись перед ним, и вышел на улицу.