- Так, ну это больше ни в какие ворота. – Вздрогнув от врезавшейся в стену двери, я захлопнула блокнот и закинула его подальше в стол. – Татьяна, вы в свет выходить собираетесь?
- Всё, я закончила и могу теперь к вам присоединиться. Не ори. – Лениво поднявшись со стула и щёлкнув подругу по носу (интересно, у кого я этому научилась?), я продефилировала в гостиную, где все уже собрались. Папа восседал по центру, как глава семьи и довольно разглядывал многочисленные блюда, мама суетливо доставала бокалы из шкафа, а Артём заботливо ухаживал за моей бабушкой, накладывая в её тарелку разные салаты. Все мои самые близкие люди здесь, и мне от этого так хорошо.
- Танюш, а твой друг то придёт? – Поинтересовалась мама, сосредоточенно расставляя фужеры по столу.
- Да, номинант твой на президентскую стипендию. – Закивал папа. Машка с Тёмой тихонько заржали, а я закатила глаза. Надо будет им как-нибудь раскрыть истинную сущность моей избалованной рок-звезды.
- Я не знаю, мы договаривались созвониться. – Единственное, что меня сейчас немного расстраивало, так это неведение по отношению к Андрею. Вчера он пообещал мне позвонить, как освободится, чтобы договориться о месте встречи по обмену подарками и поздравлениями, но время уже половина двенадцатого, а мой телефон молча лежит у меня на кровати. Идти ко мне домой он сразу отказался, ссылаясь на то, что отец настоял на его присутствии с семьёй, и я, конечно же, его поддержала, хотя чувствовала, что причина вовсе не в этом. Когда Андрей реально чего-то захочет, он лоб расшибёт, но сделает.
Через десять минут, когда все уже вовсю начали трезвонить поздравительные тосты, а я с кислой миной жевала нижнюю губу и перебирала салфетку в руках, в моей комнате раздался долгожданный звонок. Я, сдерживая свой порыв ринуться к телефону, снося всё на своём пути, выдержанно вышла из-за стола и спокойным, но скорым шагом прошла в свою комнату. Бросившись на кровать, одновременно вдавливая зелёную кнопку, я с облегчением выдохнула, услышав знакомый, и до боли так нужный мне, голос.
- С наступающим, вредина.
- С наступающим. – Я прикрыла глаза и расплылась в улыбке.
- Выйдешь на минутку?
- Ты во дворе?
- Просто выйди и не задавай лишних вопросов. – Он отключился, а я, полежав несколько секунд в полном блаженстве и постепенно разливающимся в груди предвкушении чего-то особенного, встала и прошла в гостиную.
- Мам, пап, бабуль... Мне нужно будет выйти на некоторое время, там это... Меня ждут... Ну, в общем, я...
- Да иди уже! – Помогла мне Маша. Получив в глазах родителей одобрение, я накинула на себя парку, натянула ботинки и, поправляя на ходу шапку, побежала вниз по ступенькам под звук раздающихся на улице салютов. Когда я подошла к домофонной двери и дотронулась до холодной ручки, то на мгновение прикрыла глаза и настроила себя на чудо. Эти эмоции я хочу запомнить надолго.
Нажав на зазвеневшую кнопку, я мягко приоткрыла дверь и вышла. На улице было очень тепло, большими хлопьями падал снег, а небо переливалось радугой от гремящих фейверков. Странно, но во дворе не было ни души, даже намёка на чьё-либо присутствие. Может, я не так что-то поняла, как обычно.
♫St.Patrick – PVRIS
Неожиданно кто-то сзади прикрыл мои глаза. Аромат так знакомого мне парфюма выдал его. Я улыбнулась и, аккуратно убрав тёплые ладони со своего лица, развернулась, не выпуская их из рук.
- Привет. – Промурлыкал черноволосый и, робко потянув меня на себя, прислонился к моим губам. – Я очень хочу, чтобы ты сейчас пошла со мной.
Я лишь кивнула в ответ, и мы молча, но искрясь от переполняемых эмоций, держась за руки пошли к соседнему дому. Мне было неизвестно, что меня там ждёт, но я полностью доверяла этому парню, во мне не осталось никаких сомнений, что он когда-нибудь сможет обидеть меня. Он просто не способен на это. Больше.
Мы зашли в тёмный подъезд, и Андрей, торопясь, побежал наверх. Я последовала ему примеру.
- Нужно спешить, уже почти полночь. – Запыхавшись, сообщил мне он.
Когда мы добрались до последнего этажа, Андрей умело откинул решётку, преграждающую выход на крышу, и подал мне руку. Я, не раздумывая, подала ему ладонь. Через несколько секунд мы оказались на открытой площадке, с которой виднелся весь город. Я ахнула, впиваясь глазами в каждое здание и периодически переводя взгляд на сверкающее небо.
- Ты подожди удивляться. Это ещё не всё. – Хитро улыбнулся парень и куда-то скрылся. Я же осталась с открытым ртом любоваться этим прекрасным видом.
Неожиданно окантовка крыши засияла разноцветными огоньками. Это было настолько внезапно и настолько красиво, что я попятилась, выдыхая весь запас воздуха, который у меня только был.
- Это волшебно! Андрей! Слышишь? – Я оглянулась и замерла. Его пальцы провели по струнам и наша крыша залилась просто неимоверной нежности мелодия. Она была настолько чувственна, что мои глаза начали предательски слезиться. От счастья, конечно.
Он пел и улыбался, бил по струнам и прикрывал глаза от переливающейся внутри теплоты. Абсолютно другая песня, не похожая на все остальные, она была на русском и описывала, кажется, каждую секунду, проведённую с ним вместе. Он написал её для меня и сейчас исполнял для меня, стоя на морозной высотке.
Где-то вдалеке раздался первый бой курантов. Он сбросил с себя гитару и подошёл ко мне, молча взяв за руку и подведя к краю крыши. Мягко отпустив меня, он залез на поребрик, на самый край здания (заставив меня изрядно поволноваться) и раскинув руки в стороны, громко закричал:
Я свобо-о-о-оде-е-е-е-ен!!!
Потом обернулся на меня и, подав руку, помог мне залезть к нему. Я не боялась. Во мне горел вечный огонь, который больше нельзя было потушить.
- Давай, сделай также! Отпусти всё и навсегда! Давай вместе?
Взявшись за руку, мы как ненормальные орали всё, что только в голову взбредёт. Я чувствовала, как моя грудь наполняется чем-то новым, вдохновляющим и безопасным.
Вдоволь накричавшись, мы спрыгнули вниз.
- Шесть... Семь...
- Ты считаешь что ли? – Засмеялся раскрасневшийся парень и на долю секунды перестал улыбаться. – У меня есть ещё кое-что для тебя.
Восемь...
- Я многое пережил за это время и благодарен каждой секунде.
Девять...
- Просто хочу чтобы ты знала.
Десять...
- Я люблю тебя, Таня Воробьёва.
Одиннадцать...
- И хочу, чтобы ты всегда была со мной рядом. Всегда... – Двенадцатый удар в унисоне слился с его губами. Горячее дыхание согревало нас обоих, влажные губы дарили друг другу жизнь, а руки крепко сжались и не собирались больше отпускать.
Я почувствовала, как что-то холодное коснулось моего пальца. Опустив глаза, зажмурилась от переполняющих меня чувств, которые уже, наверное, их ушей выливались и растворялись на морозном воздухе.
- Пускай оно всегда будет с тобой. – Прошептал он, коснувшись своим лбом моего. – Также, как и я. Я никогда больше не позволю тебе грустить, Воробьёва.
- Я тоже всегда буду с тобой. Наверное, я просто боялась признаться тебе в этом, но ты нужен мне, и всегда был нужен. Я поняла, что люблю тебя ещё в том клубе, когда впервые увидела тебя. Просто запрещала себе верить в это. И кстати, – я на секунду посмотрела куда-то в сторону, но потом хитро улыбнулась и снова вернулась взглядом к нему, – что было в той записке, которую ты хотел отдать мне в больнице?
- А вот это, дорогая моя, останется тайной навеки и будет тебе уроком. Будешь знать, как отказываться от...
- Ой, Завьялов, замолчи. – Я расхохоталась и подошла к краю крыши, снова впиваясь глазами в красочное небо.
- А тебе, кстати, и в правду идёт. Ну, фамилия моя. Таня Завьялова, звучит же, ну? – Он подошёл ко мне сзади и крепко обхватил, утыкаясь носом мне в шею. – Что думаешь?
- Я согласна с тобой. Я согласна...