Что касается партийного комитета завода, то «зла держать» я на него, конечно, не буду — себе дороже, я вообще стараюсь ни с кем не конфликтовать, конфликт это почти всегда во вред делу. Но, честно говоря, такого секретаря партийной организации надо бы снять, он ведь даже разбираться не захотел, испугался, а значит, с другими поступит точно так же как и со мной. Хорошо, что у меня такая мощная защита как НКАП, а у других ее нет. Ладно, здесь я все равно повлиять не могу, так чего тогда удила грызть? Но если вдруг мое мнение спросят, то молчать не стану. С этого дня работа сразу вошла в прежнее русло и экспериментальный цех снова стал выдавать «на гора» улучшенные технологии, которые должны были сократить трудоемкость производства двигателей. Кстати, особо это касалось линий по производству лопаток. Да и с запуском в производство турбостартера тоже надо бы разобраться, а то уже пришли нарекания на пусковой двигатель, недостаточно у него мощности, успевает перегреться во время запуска. Последнее непонятно, по расчетам у него времени вдвое больше до перегрева на запуске, наверное что-то связано с регулировками подачи топлива.
— Фред, какое решение принято по русским моторам? — Спросил Джордж Микан у своего сослуживца. — Они уже начали ставить их на свои серийные бомбардировщики.
— Не знаю Джордж, — пожал тот плечами, — двигатели еще весной оперативно отправили в Боинг чтобы там провели их испытание и на этом всё. Вроде бы слышал, что интерес к этим моторам проявил «Пратт энд Уитни».
— Вообще-то речь должна была вестись о закупке партии русских турбовинтовых моторов большой мощности, — скривился Джордж, — которые предназначались для оснащения наших бомбардировщиков. В этом случае они должны были получить бо́льшую скорость и высоту полета, не говоря уже о бомбовой нагрузке. А «Пратт энд Уитни» моторостроители, у них свой интерес.
— Ты же прекрасно знаешь ребят из правительства, — вздохнул Фред, — русские моторы, конечно великолепны, но точно такие же разрабатывает Rolls-Royce, вот они и склоняются к закупке этих моторов у чопорных островитян.
— Это точно? — Проявил недоверчивость Микан. — Насколько мне известно разработки Rolls-Royce базируются на двигателе венгра Джорджа Ендрассика и мощность у них не дотягивает до тысячи сил. В любом случае, рабочих двигателей у Rolls-Royce в настоящее время еще нет, а у русских он уже в работе.
— Джорж, ну что ты от меня хочешь? — Развел руки сослуживец. — В правительстве считают, что с моторами русских надо подождать, в крайнем случае взять их идею за основу и выпустить собственные моторы.
— Дьявол, надо идти к послу Гариману, — сделал выводы Джорж.
— Зачем? — Удивился Фред. — Он прилетел в Союз всего неделю назад, неужели ты думаешь он успеет вникнуть во все тонкости?
— И все же надо попробовать, — уперся Микан, — русские «Пе-десятые» с новыми моторами могут летать быстрее немецких истребителей и максимальную бомбовую нагрузку имеют в пределах шести тонн. И это только с двумя моторами.
— Ну, если так, то пробуй, — махнул рукой сослуживец, — надеюсь, он не спустит на тебя всех собак.
Аудиенции Уильяма Аверела Гарримана недавно назначенного послом США в СССР Джордж Микан удостоился буквально на следующий день. Вообще-то делами ленд-лиза Гарриман занимался с самого начала, но в сорок втором и сорок третьем годах возник небольшой перерыв, поэтому его интересовало все, особенно то, чем может расплатиться СССР за поставки вооружений. Не секрет, что пока поставки по ленд-лизу не оплачивались Советским Союзом, и это вызывало недовольство промышленных кругов в США, и в этом плане встреча с одним из тех, кто на протяжении года согласовывал поставки военной техники, была очень желательна.
— Да я слышал о мощных двигателях, которые в СССР устанавливают на бомбардировщики, — кивнул посол, — но насколько мне известно, их производство началось только в этом году, а СССР не та страна, где все новое обходится без проблем.
— В том-то все и дело, — возразил на это Джорж, — видимо конструкция двигателя оказалась настолько проста, что аварийность связанная с ними получилась незначительной. Конечно, все что связано с новыми русскими самолетами, засекречено, но стало известно, что принято решение о производстве их на трех авиастроительных завода. Согласитесь, что наращивать выпуск самолетов, у которых не изжиты недостатки, непозволительная роскошь для Советского Союза.