— Видимо это и есть те самые скоростные бомбардировщики русских о которых говорил Шатт. — Решил Баркхорн. — Что ж, посмотрим, как они переживут атаку его мессершмитта.
Однако тут скорость русских машин сыграла на их стороне, пока Герхард взлетал, и пока его наводили на цель, русские успели сбросить бомбы на железнодорожный узел города и встать на обратный путь. При этом они поднялись на высоту восьми с половиной километров и еще увеличили свою скорость. Как бы то ни было, немецкий пилот сумел перехватить цель, вот только бой получился совсем не таким, как он ожидал. Оказывается, подобраться к этим самолетам русских не так уж и просто, назад у них смотрит сразу две спаренные установки крупнокалиберных пулеметов, причем одна располагается на верхней части фюзеляжа, а другая внизу. Большая высота не способствовала хорошему маневру, поэтому на первом заходе Герхард промахнулся, зашел ниже цели, чуть сбоку, и подставился сразу под два пулемета бомбардировщика. Поняв свою ошибку, он сделал левый вираж и поднялся выше, чтобы потом выбрать лучшую позицию для атаки. Однако, пока он осуществлял этот маневр, русские еще сумели поднять высоту на триста метров и увеличили скорость.
— Хм, однако, — удивился немецкий пилот, и добавил оборотов двигателю, выводя его на повышенный режим, — а если это не последний их козырь?
Оказывается тузы в рукаве у русских еще были, они тут же начали перестроение, уплотняя строй и тем самым повышая свою огневую мощь. Но с такой тактикой Грехард уже был знаком, пользуясь своим преимуществом в скороподъемности, он следующим маневром вышел на бо́льшую высоту и попытался атаковать. Именно попытался, все же русские оказались опытными пилотами, они тут же подняли носы, погашая скорость за счет дальнейшего набора высоты. Если бы такой маневр они осуществили на более низкой высоте, немецкий пилот успел бы среагировать, но здесь мессершмитт управлялся тяжело, поэтому почувствовав, что опять промахнулся, он даже не стал открывать стрельбу. А вот у его напарника времени оказалось чуть больше, и тот все же успел нажать на гашетку, но, как и предполагалось, не преуспел в этом деле. Герхард снова «полез вверх» высота уже стала больше девяти километров, воевать на такой высоте было очень сложно, хоть Ме-262 имел высотность в одиннадцать километров, управлялся он там чуть лучше утюга. Третья попытка атаки тоже оказалась неудачной, бомбардировщики при его приближении дружно совершили маневр уклонения в правую сторону и вверх, опять заставив его проскочить мимо. На четвертый заход Баркхорн не решился, пока он будет выбирать позицию, высота может превысить десять километров, и предположительно они уже находились на территории советских войск, что категорически запрещалось, к тому же он чувствовал, что двигатели находятся на пределе, еще немного, и они не выдержат нагрузки.
— Ну, наконец-то, — облегченно выдохнул, командир эскадрильи 108-го авиационного полка дальнего действия капитан Новожилов, когда увидал полосу аэродрома, — нет, заканчивать надо с этими дневными вылетами. С появлением на фронте новых немецких реактивных истребителей это становится опасно.
В этом вылете им удалось отбиться от настырного немца, при этом пришлось залезть на такую высоту, что даже немного обморозились, хорошо еще, что кислород как всегда был в полном порядке. Понятно, что их все равно попытаются отправить бомбить этот немецкий город, так как авиация союзников до него не доставала, но тут уже риск не оправдан, надо писать рапорт по этому поводу и переходить на ночные налеты. Хотя и в этом случае нет гарантии, прошла информация, что на фронте союзников появились ночные реактивные перехватчики с радарными установками, но там все же больше шансов уцелеть.
— Что, там у тебя случилось? — Поинтересовался командир полка. — С чего такие панические настроения.
— Реактивные мессеры случились, — поморщился Новожилов, — уйти от них на скорости не получилось, так же как и на высоте укрыться, три раза в хвост заходили, последний раз за малым не достали.
— Получается, теперь высота не в помощь. — Сделал вывод командир.
— Да, не в помощь, товарищ полковник, — кивнул капитан, — эти мессеры один черт достанут, а на большой высоте сейчас еще и инверсионный след выдает.