- Ваш членский билет, - попросили меня на кассе.
- Какой билет? – Не понял я.
- Какой, какой, - насупилась кассирша, - покупать печатающие машинки разрешается только членам союза писателей. А потом еще надо будет зарегистрировать её в вашем отделении милиции.
-Опс, прошу прощения, - пришлось мне сразу сдать назад, - а людям с ученой степенью или профессорам покупать их можно.
- Галя! – Тут же кричит кассирша. – Профессорам разрешается печатные машинки приобретать?
- Нет, только писателям, профессорам вообще ничего нельзя, - раздается голос из подсобки, - еще дипломатам можно.
Вот так, оказывается профессорам вообще ничего нельзя. Так что осталось только облизнуться и двинуться на выход.
- Молодой человек, - раздался голос сзади, когда я вышел из комиссионного.
Я обернулся, вслед за мной из магазина выскочила женщина лет сорока.
- Я слышала, вы хотели приобрести печатную машинку, могу продать.
- Так а толку-то, - дернул я плечами, - все равно ее не зарегистрируют.
- Почему не зарегистрируют, - удивилась женщина, - это в магазине продавать нельзя, а регистрировать пожалуйста.
- То есть, вы хотите сказать, что если прямо сейчас пойдем в милицию, то с регистрацией проблем не возникнет?
- А вы точно купите, или просто интересуетесь? – Начинает сомневаться она.
- И посмотрю, и куплю, и зарегистрирую… Если это будет стоящая вещь.
- Стоящая, - кивает она, - Портативная печатная машинка "Москва", сорок девятый год, в работе практически не была. Прошу за нее девятьсот рублей.
- Ого, - удивляюсь я, - что-то дорого просите, в магазине просят всего четыреста.
- Так то в магазине, - отмахивается она, - но понимаю, без торга не возьмете. Могу цену снизить только до восьмисот рублей.
- Хорошо, - соглашаюсь я, - где можно машинку посмотреть?
В милицию ходили вместе, и действительно проблем с регистрацией печатной машинки не возникло, внесли данные продавца, покупателя, заправили лист бумаги, простучали всю "клаву" и пожелали успехов в труде. Это что же получается и тут во всей красе наша советская действительность, если нельзя, но очень хочется, то можно?
Дома выделил себе закуток в комнате, куда строго настрого запретил лезь Мишке, прикупил две пачки сероватой писчей бумаги и после небольшого отдыха начал творить. Вы думаете, я решил стать писателем? Вот еще, я этой ерундой заниматься не намерен, буду двигать науку, а то все вокруг академики плюнуть некуда.
Глава 10 Артиллерия и кавалерия
"О сколько нам открытий чудных…" Вот оно, все торопился, оглянуться некогда было, а тут не торопясь, планомерно ведя осаду своего вычислителя, вдумчиво работал над теорией новых реактивных двигателей. Сначала думал просто перенести на бумагу методики расчетов тех двигателей, которые уже были спроектированы в ОКБ, но вовремя спохватился – нельзя. Теперь это уже не мои секреты, и разглашению они не подлежат, подписку давал, будь добр выполнять. Пришлось полностью перерабатывать конструкцию, что привело к весьма неожиданным результатам. Казалось бы, чего там можно изобрести нового? Ведь как ни крути, а все новое стоит на плечах старого, поэтому без использования прежних наработок ничего не получится. Однако на самом деле это не так, каждая конкретная конструкция это всегда компромисс между потребностью и реальными возможностями. И эти реальные возможности зачастую упираются в технологический и конструктивный тупик, для выхода из которого порой требуется вообще переосмыслить всю концепцию построения конструкции.
Каюсь, первоначальные планы по переносу данных получаемых от Вычислителя на "бумажную основу" постепенно отошли на второй план, и мне стало просто интересно заниматься созиданием, распутыванием клубка технических проблем. И знаете, мне есть чем гордиться. Конечно, без "железяки" ничего бы не получилось, потому как кроме теории нужны еще и экспериментальные данные, а где их взять? Вот тут-то и раскрылись возможность вневременного агрегата, он легко смоделировал процессы, происходящие в жидкостном реактивном двигателе, и позволил их исследовать, да не просто исследовать, а на ходу менять условия протекания этих процессов. И мне удалось нащупать такие режимы горения топлива, при которых тепловая нагрузка на камеру сгорания и сопло двигателя оказались примерно на четверть меньше, при увеличении удельного импульса примерно на пять процентов при том же самом давлении. А это очень много значит, это и повышение надежности двигателя, и снижение требований к материалам которые идут на его изготовление, и увеличение тяги, в конце концов. Более того, я чувствовал, что еще немного и мне удастся решить проблему круговой детонации топлива в камее сгорания, по крайней мере, в теории это стало возможно. Интересна оказалась реакция Вычислителя, он сначала пытался отмолчаться, но постепенно сдавал одну позицию за другой и в конечном итоге был вынужден согласиться, что по выведенным расчетам создать детонационный двигатель возможно. Однако все равно отказался сотрудничать в этом плане, мол, время еще не пришло, а без него воплощение такого двигателя в металле задача не из простых. Ладно, подождем, подозреваю, что моя "железяка" просто вредничает, и скоро будет вынуждена признать свое поражение.