Что касается стыковочного узла, то на этом корабле он пока не был смонтирован, хотя уже вовсю испытывался и представлял из себя конструкцию сильно напоминающую АПАС-75, это та что использовалась в моей реальности в проекте "Союз – Аполлон". Все дело в том, что я решил сразу избавиться от системы центровки с помощью штыря, надо чтобы стыковочный узел был универсальным и все космические аппараты имели возможность стыковаться между собой. Спуск с орбиты прошел ожидаемо: отстрел манипулятора; торможение; разворот; вход в атмосферу. Правда все это растянулось на пять часов, но тут уже ничего сделать было нельзя, все-таки "Заря" это не спускаемая капсула, которая может выдержать спуск по баллистической траектории, тут контроль скорости был гораздо жестче. Где-то на высоте пятнадцати километров командир корабля взял управление аппаратом в свои руки и уже визуально контролировал посадку. Естественно, ни о каком аэродроме речи не велось, не было возможности до него дотянуть, просто была выбрана подходящая площадка, представляющая собой более или менее ровную часть степи, а потом на высоте девятисот метров задействована парашютная система. Ну и естественно, за полтора метра до касания включись тормозные реактивные двигатели, которые сбросили скорость снижения практически до полуметра в секунду, задача совсем не тривиальная, так как вес аппарата предусматривался переменный, нужно было четко высчитать высоту срабатывания тормозных двигателей, иначе могли возникнуть повреждения. Но все сработало как надо, ветер в этот день был всего до двух метров в секунду, так что никаких эксцессов не возникло.
- Ну вот, - радовался Владимир Николаевич, - отработали всю программу как по нотам. Летом попробуем стыковку аппаратов в космосе. И знаешь что вчера произошло?
Видимо опять какие-то проблемы у американцев, не может Челомей не посмаковать их неудачи.
- Атлас на старте взорвался!
- Так они уже в который раз взрываются, - отмахиваюсь я от "неожиданной" новости, - в чем новизна?
- В том, что это была первая попытка вывести космический аппарат весом более полутора тонн на орбиту.
- Надо же, - хмыкаю в ответ, - быстро у них дела продвигаются, я думал они только к концу года сподобятся.
- Скорее так и будет, - удивленный моей реакцией на "событие" бурчит Владимир Николаевич.
- Вряд ли, - мотаю головой, - скорее всего в ближайший месяц США объявит о запуске большого спутника.
Как в воду глядел, в конце апреля американцы объявили об удачном запуске космического аппарата весом в тысячу восемьсот килограмм и начали обсуждение своих национальных космических программ. В прессе журналисты уже вовсю виртуально соревновались с Советским Союзом, и на полном серьезе обсуждали пилотируемые полеты на Луну. Ну хоть на Венеру и Марс не замахивались. Однако все это происходило пока только на страницах изданий, серьезные люди помалкивали, в отличие от неискушенной публики они прекрасно понимали, для того, чтобы догнать СССР в космосе требуется предпринять еще много усилий. В отличие от Кеннеди, который после успехов Советского Союза объявил начало лунной гонки, Дуайт Эйзенхауэр не торопился этого делать, скорее всего у него были другие проблемы, в стране нарастала борьба чернокожего населения за свои права. С моей точки зрения все складывалось замечательно, пусть американцы чуть сократили свое отставание в космической отрасли, но у нас еще достаточно преимущества, чтобы "не пороть горячку" и не выбивать из нашей экономики последние деньги на желание быть во всем первыми.
Кстати, насчет быть первыми… Поздравляю, теперь в СССР не будет поклонение джинсам, все дело в том, что в городах вдруг расплодилось огромное количество пошивочных мастерских, причем многие из них имели артельную принадлежность и создавали серьезную конкуренцию государственным ателье. Естественно, это не могло не сказаться на желании последних как-то упорядочить работу конкурентов, что, в конечном итоге выразилось в постановлении правительства о запрете продажи некоторых видов продукции ткацких фабрик артельным мастерским. Сразу скажу, постановление вызвало большой резонанс, им были недовольны как артельщики, так и производственники, первые не могли приобрести костюмные ткани, а вторые не могли их продать. Конечно же, что-то проникало в пошивочные мастерские, но контрольные органы не дремали и каждый случай серьезно расследовался. В конечном итоге мастерские плюнули на "серьезные" изделия и перешли на повседневную одежду, где "костюмная" ткань не требовалась. Тут-то кто-то и подсуетился, начав выпуск "рабочей одежды для молодежи", выкройки которой якобы были взяты с тех же фабрик, которые были заняты ее выпуском. Естественно эта одежда мало походила на производственную спецодежду, ведь в прошлом году в СССР проходил фестиваль молодежи и студентов, и многие идеи были подсмотрены как раз у иностранцев. Как штаны, так и куртки шились в основном из джинсовой ткани (это та, которая имела саржевое плетение) шов и заклепки были подсмотрены в иностранных моделях, а всякие другие украшательства, еще не прижились. Новая мода на удивление быстро захватила молодое поколение, прошло каких-то полгода и все мастерские были завалены заказами на джинсовые комплекты. Первое время власти даже пытались бороться с новым поветрием, как всегда посчитали это подражательством "западу", но видя бесполезность своих усилий, махнули рукой. Теперь бы еще ввести моду на кроссовки, а то те спортивные кеды, которые готовит к выпуску наша промышленность та еще гадость, в них только ноги портить.