Наперед скажу, после долгих раздумий Семен Михайлович рискнул разрешить использовать резервную стартовую площадку, и не прогадал. Нет, Королевский носитель всё равно не полетел, но со старта уйти сумел, так что повреждений удалось избежать. После третьей неудачи всем стало ясно, что космос для КБ Королева закрыт. Что ж, нечто подобное произошло и в моей реальности, но там все это было на три года позже и альтернативы семерке не было, поэтому и были вынуждены закрывать глаза на неудачи. А здесь и сейчас никто так делать не будет, ибо линейка ракет-носителей уже имеется, осталось только решить вопрос с ракетами морского базирования.
Ладно, планы планами, а нам надо еще закончить работу со спутником, у него еще два месяца ресурсов осталось и чуть меньше половины свободных кадров. Ну да, осталось только начать да закончить.
Когда шел в ЦУП, для того, чтобы принять рапорт, вдруг привязалась песня летчиков:
Дождливым вечером, вечером, вечером,
Когда пилотам, скажем прямо, делать нечего,
Мы приземлимся за столом,
Поговорим о том, о сём,
И нашу песенку любимую споём!
И особенно последние строчки припева:
Следить буду строго, -
Мне сверху видно всё, - ты так и знай!
Вот это и надо сделать нашим гимном, теперь у нас есть возможность следить за нашим главным противником, и ведь главное, "Следить будем строго".
-
Президент США Дуайт Эйзенхауэр знакомился с отчетом, представленный ему Алленом Даллесом, который, в свою очередь, уже как полтора года занимал пост Директора Центральной разведки.
- Этим сведениям можно верить? – Наконец оторвался президент от чтения отчета.
- Вероятность того, что события развиваются по этому сценарию большая, - уклончиво ответил Даллес, - но точно утверждать этого не могу, так как сведения получены через агента английской разведки.
- И давно он на них работает?
- Давно, скорее всего завербован еще до войны, - выдал справку он, - насколько я понял, только сейчас этот агент получил доступ к этим сведениям.
- Получается, что разработки Советов в области ядерных боеприпасов уже не базируются на наших достижениях, а опережают их? – Пришел Эйзенхауэр к очевидному выводу.
- Скорее всего, - кивнул директор ЦРУ, - и что особенно неприятно, коммунисты нашли способ обогащения урана, который гораздо производительней и менее затратный в энергетическом плане.
- Какой именно?
- Вот это мы и пытаемся выяснить, - пожал плечами разведчик, - но ясно одно, такие производства уже два года как функционируют на территории СССР. Если учесть их последние испытания супер бомбы на полигоне в Казахстане, этим сведениям можно доверять.
- И сколько тогда у Советов на сегодня имеется урановых бомб?
- По нашим подсчетам около сорока, господин президент.
- Не получается, - занервничал Эйзенхауэр, - вы сами только что утверждали, что новые производства обогащения урана в Советах производительней чем у нас, а мы сейчас можем производить около полутора сотен бомб в год.
- Так мы только что говорили об урановых бомбах, - принялся оправдываться Даллес, - а кроме них есть еще и плутониевые.
- Черт побери вас Аллен, - вспылил президент, - не пытайтесь играть словами, вы прекрасно поняли, что я имел ввиду. Если учесть успехи советов в области строительства ракет, которые могут доставить эти бомбы на территорию Америки, то нам стоит уже начинать нервничать.
- Но у советов нет планов нападения на нас.
- У нас тоже не было планов нападения на них, пока мы не заполучили в свое распоряжение ядерные бомбы, - напомнил хозяин Белого Дома, - а потом они вдруг появились. И что вы там говорили об успехах разведки коммунистов?
Директор ЦРУ тяжело вздохнул, достал из папки фотографию и подвинул ее к президенту.
- Что это? – Спросил тот, вглядываясь в снимок.
- Это вид сверху на Вашингтон. – Пояснил Даллес, - переснято с фотографии русской разведки нашим агентом.
- Получается, что разведывательные самолеты Советов свободно летают над нашими головами?
- Это снимок из космоса, - наконец раскрыл интригу директор разведки.
- Из космоса? – Удивился президент. – Коммунисты запустили в космос человека?
- Нет, - помотал головой Даллес, - скорее всего снимок сделан с помощью беспилотного космического аппарата.