— Ух ты, — удивился Израиль Соломонович, — как настоящий.
— Конечно. — Пожимаю плечами. — Представляете, если бы на нем радиоуправление стояло?
— А ведь хороший самолет должен получиться, — осматривает директор макет, после посадки — сбоку вроде выглядит объемно, а посмотришь спереди, так как раз наоборот.
— Ну да, лобовое сопротивление у него меньше чем у истребителей делающихся сейчас. — Поддакиваю ему. — Пора опытный экземпляр собирать.
— Пора, так пора. — Соглашается директор. — Готовь расширенную записку, проведем технический совет. Там и решим чего и как.
Глава 9
Нам разум дал стальные руки-крылья
Воскресенье двадцать четвертого сентября, опять жду Катю у центрального входа в клуб авиационного завода. График работы у меня сейчас очень напряженный, да и у нее тоже, не получается у нас встречаться по вечерам, зато воскресенье полностью в нашем распоряжении. Так-то тусоваться в клубе нам не очень комфортно, мы уже перешли в несколько иной статус отношений, но тащиться в будущий комсомольский парк, с болотом и чахлыми березками еще хуже. Туда ведь все влюбленные со всей округи собираются. И вместо уединения получается Красная площадь в часы наибольшего наплыва посетителей. Одно слово — неприятно.
О, идет. Замечаю я ее издалека, но когда она подходит ближе, понимаю, что-то случилось, и глаза красные от слез и нос платком натерла. Неужели кто-то умер? И тут она сходу попадает мне лицом в грудь и начинает рыдать в голос. Со свиданьицем. Долго пытаюсь успокоить девушку, и, в конце концов, мне это удается.
— Ну а теперь рассказывай, что случилось, — пытаюсь выяснить причину.
— Меня с работы уволили, — снова начинает она лить слезы.
— Тю … нашла о чем горевать. — Сразу выдохнул я. — Мне уж в голову пришло, что с родными приключилось чего, а тут всего лишь с работы попросили. С какой хоть формулировкой?
— Несоответствие должности. — Продолжает хлюпать она. — К нам на завод художник со стажем пришел устраиваться, а у меня стажа нет, у него передо мной преимущественное право.
— Это кто тебе такое выдал, «преимущественное право»? — Удивляюсь формулировке. — Насколько я знаю, так только в правилах вождения пишут.
— Не знаю, где и чего записано, — вновь орошает она мою грудь своими слезами, — но работу я потеряла.
— С работой решим проблему, — демонстрирую я уверенность, — не велика потеря, не очень-то там тебя ценили.
— Будто в другом месте лучше оценят, — бурчит она, — обидно, я так старалась.
— Все, прекращай себя жалеть, ничего страшного не произошло, — окончательно беру ситуацию под контроль, — сейчас идем, надо предупредить Зинаиду Николаевну, что сегодня тебе не до занятий. Буду тебя натаскивать по будущей специальности.
— Какой специальности? — Удивляется она, забыв о своем вселенском горе.
— Станешь у меня химиком.
— Смеешься?
— Ничуть, — Сделаем из тебя хорошего специалиста, пусть тогда кто-нибудь попытается воспользоваться «преимущественным правом».
Думаете почему я тут разглагольствовать начал? А вот потому, что примерно через месяц, на заводе будет организована химлаборатория, которая будет отвечать за контроль химических реагентов солевых ванн и газовых составов, качество топлива. Солевые ванны на производстве, особенно авиа, вещь необходимая, ведь проводить термообработку корпусных деталей и штамповок на открытом воздухе невозможно, должен же кто-то следить за качеством соляных расплавов. Но не это важно, у меня есть большие надежды на химию, нужны качественные олигомеры, к которым относятся эпоксидные смолы, без них хорошие стеклопластики не сделать. Это уже дальний прицел, с обшивкой самолетов и сегодня огромные проблемы, а уж во время войны все авиазаводы встанут, нормально заработают только тогда, когда алюминий по ленд-лизу от американцев повезут.
Кстати, по поводу алюминия, запросил вычислитель насчет производства крылатого металла химическим путем. Оказывается это возможно, причем получать его можно в промышленных масштабах, однако как всегда есть ложка дегтя в бочке меда, хотя тут стоит говорить о гораздо большем количестве вонючего компонента. Причем в прямом смысле. Все дело в том, что в предлагаемых химических реакциях сочетание реагентов при высокой температуре действовало как катализатор окисления азота, и на выходе мы должны получить не только большое количество всякой сопутствующей гадости, но и оксида азота. Но, если на химических предприятиях этот оксид (лисий хвост) можно хотя бы попытаться отловить, то здесь ничего не получится, слишком большой расход воздуха.