Зачем я сталкиваю себя со скалы?
— Плевать на опыт, я видела тебя в деле…ну в смысле гипотетическом. В общем, терроризируй Марка, пиши мне. И надо как-нибудь встретиться. Ну знаешь, просто так. В Чикаго утомительно сидеть без дела, подыхаю.
Слова слетают сами.
— Слушай, завтра у Пум игра в Дикенс Центре.
— Мой папа не родитель Зака, к нему не надо подлизываться. — звонко смеется — Но это хорошая идея, пусть папа засчитает за подарок на Рождество.
— Отлично, тогда достану билеты.
Иззи достанет билеты и не проговориться парням.
И зачем мне все это? Думаю, когда говорю с менеджером Зои, когда смотрю на баскетбольное кольцо на заднем дворе.
Когда у пленника есть шанс сбежать, неужели он отбрасывает ключ подальше? Нет. Я из тех, кто носит его на шее, продолжает сидеть взаперти.
ГЛАВА 12
САБРИНА
Стефани и Пенни просто не могли не прийти на игру, еще и не надеть майки парней. Форма Джо осторожно подшита. Такой долг стоял бы и передо мной, не откажись…или не потеряв я статус девушки баскетболиста.
Встречаемся женской компанией из нас, Зои и Иззи на парковке. Сегодня сижу с последними, чтобы меня не видели хотя бы до окончания игры, не собираюсь мешать Заку. Иззи говорит, нам придется подождать ее, девушке нужно пересечься с Диланом. Она закатывает глаза.
— Он оставил дома свой талисман, настолько нервничал.
Талисманом оказывается десятки раз обмотанная скотчем так, что уже не разобрать надпись, карточка. На ней баскетболист Балли Рассел.
— Самый крутой центровой прошлого поколения NBA.
На этой позиции играет Дилан.
— Выиграла в третьем классе у одного задиры. Забросила четыре мяча подряд, на что и спорили. Ди мечтал о ней.
Пенни смотрит с распахнутыми глазами, почти влюбленно. Ее всегда впечатляли такие истории.
Стефани щелкает перед ней пальцами.
— Эй! Джо, его член, его майка на тебе. Очнись!
Мы смеемся, девочки уходят, недолго ждем Иззи. Зои курит вишневые сигареты, пахнет почти приятно. В голове пустота.
Очень удачно, что Иззи пробежалась по правой части Центра без нас, теперь уверенно ведет к сектору В3. Мне не важен обзор или шум колонок. Просто хочу быть здесь.
Дикенс Центр ненамного больше стадиона Чикагского, но сегодня здесь несколько камер, комментаторы дают короткую справку о командах. Против Пум играют Крылатые из Айовы. Это громкий матч, потому что обе команды одни из завершающих в цепочке. Наподобие полуфинала. Меня поправляют — плей-оффа.
Зак не говорил, насколько важна игра, что ее будут транслировать по паре локальных каналов. Интересно, смотрят ли ее Фелтоны, Элли бы понравилось, если правильно преподнести.
— Мне ничего не рассказали, но извини, подруга, я на стороне Зака. — говорит Иззи.
Зои известно только то, что мы повздорили, а не расстались.
— Все в порядке. Ты знаешь его дольше и лучше меня.
— Дело не в этом. Просто я очень люблю болеть за команды проигравших. А он уже…и конкретно.
Узнать чуть больше о местоимениях и наречиях не позволила начавшаяся игра, точнее оглушительный звук. Вновь чирлидерши — кривлюсь, затем гипнотизирую во время разминки и далее номер девять. Лежащая на коленях сумка прожигает руки и шорты.
Девочки воют и коротко хлопают, когда кто-то попадает в корзину и виснет на ней, затем зигзагами обходит соперника, продолжая отбивать мяч.
В перерыв Зои рассказывает, что до шести лет ее не с кем было оставить, и папа таскал дочь по площадкам. Теперь моя самая любимая фотография на свете, как молодой Гиллион, еще игрок, а не тренер, поверх формы носит в кенгуру крошку Зои. Ее мама умерла во время кесарево. История подняла авторитет мужчины в раз сто, если не больше.
Пока мы говорим, Иззи кусает ноготь большого пальца, смотрит на площадку, только не в направлении старшего брата.
— Зи?
— Гиллион нервничает.
Соглашаемся. Прошел всего один тайм, она сама говорила, что на нем игроки “раскачиваются”. Счет равный.
— Один “хороший” фол Джона. — вводит в курс Иззи, когда игру останавливают после шести минут второго тайма — Один обоюдный Зака, и второй агрессивный.
Фелтон толкает Крылатого в синей форме. На удивление, потасовка не завязывается, только высокий пожилой судья сжимает шею Зака, что-то говорит и отпускает на площадку. На секунду мне кажется, что парень ловит мой взгляд, но нет. Думаю, Заку идет зеленый цвет, ему иду я, как говорила Пенни.
— Это нарушения? — уточняю.
— Да, но терпимо. У Bulls бывало одиннадцать персональных фолов, сейчас у Пум суммарно шесть.