«Да будут ночи твои темны. Да будет песнь твоя звонкой. Да будут стада твои покорны. Да славится имя твоё на устах всякого живущего и в памяти обо всяком ушедшем…»
Рекс чувствовал холод камня под собой даже сквозь одежду. В момент молитвы он будто бы переставал быть принцем. Он становился безликим паломником, который несёт своей правительнице благую весть. На самом деле отказ от своей сущности не совсем устраивал младшего Мортиса. Покорность и смирение, выученные им у салий, казались ему недостаточными. Рекс всегда стремился говорить с богами на равных, ведь слепой раб способен лишь бездумно служить. Он же был готов к большему. Рекс намеревался принести возлюбленной богине такой дар, который затмит все прошлые подношения за прошедшие тысячи лет.
«Я говорю с тобой как человек и говорю с тобой как император. Да течёт сила твоя и любовь в моих венах. Я слышу твой голос, и он ведёт меня в новый день. В нём больше не будет уступок и слабости. Не будет поражений и скорби. Ради тебя, великая, я сотру змеиный народ охайцев с лица земли. Настанет день, когда корона коснётся главы моей, и этот день станет погибелью охайской. Кровь нечестивцев окропит их богомерзкие земли, и сгинут они в пучине мрака во славу твою. Клянусь своим сердцем отныне и вовеки веков».
Принц ещё некоторое время сидел в тишине, прикрыв глаза и вдыхая прохладный воздух. На юге даже осенние вечера славились своей духотой, но в стенах храма всегда можно было найти спасение от жары.
– Вы делаете успехи, – вдруг донёсся до него скрипучий голос.
Рекс без труда узнал верховную салию, служащую в храме Небесной Иглы и являющуюся почётным членом императорского совета. Духовная наставница Сиятельной имела на неё едва ли не самое заметное влияние: если спорить с чиновниками и главой совета Аврора решалась, то богам всё же предпочитала не перечить. Рексу не нужно было оборачиваться, чтобы представить, как верховная стоит позади него, сложив руки на животе, а её белое одеяние и остроконечная треугольная шляпа кажутся ослепительными даже в полумраке.
– Ваши молитвы с каждым днём всё проникновеннее, – похвалила она, на что принц лишь недоверчиво хмыкнул.
– Такое рвение точно не останется без внимания Звёзднорождённых, – добавился второй голос, и Рекс обернулся, устремив испепеляющий взгляд на главу совета.
– А он что здесь делает? – прошипел принц.
К его удивлению, нежданных гостей было трое. Верховную салию и главу императорского совета молчаливо сопровождала мрачная генерал Север. Жидкие рыжие волосы, собранные в тугой хвост на затылке, шрам, пересекающий правый глаз, и неизменная золотая кираса, которую военная советница не снимала, казалось, даже на время сна. Генерала Рекс уж точно не ожидал увидеть: если Север и молилась, делала она это на удивление скрытно – никто и никогда не встречал её ни на службах, ни во время утренних, вечерних и обеденных молитв.
– Пришло время поговорить, принц, – загадочно заметил глава совета.
– Здесь? – осуждающе сощурился Рекс. Ему было невдомёк, что могло заставить старика нарушить священную тишину храма.
– Это единственное место во всём Мирахе, где можно говорить правду. И услышат её только боги, – пояснила верховная.
Рекс начал терять терпение. Он не понимал, для чего весь императорский совет, исключая Сиятельную, собрался сейчас здесь. Он чувствовал себя одураченным ребёнком, которого не посвятили в какую-то мрачную тайну.
– Говорите по существу или не мешайте, – холодно ответил принц.
– За это вы мне и нравитесь, – оскалил сероватые зубы эйра Вис. – Вы – человек дела.
– А я считал – вы меня ненавидите.
– Я никогда этого не говорил. Может, вас это и удивит, но императорский совет всегда был более чем на вашей стороне.
– И поэтому вы продолжаете убеждать мою мать скрывать моё существование от жалких охайцев?
– Это лишь одно из испытаний. С которым Сиятельная, увы, оказалась не в силах справиться. Она так сладко пророчит вам будущее на троне, но готова отказаться от вас на каких-то жалких переговорах. Разве это поступок сильного правителя?
– Вы пытаетесь запудрить мне мозги?
Всё это время генерал Север не спускала глаз с Рекса. Она была немногословна, но в её молчании всегда будто таилось больше смысла, чем в тысяче слов. Сейчас генерал смотрела на него оценивающе, но в то же время Рекс видел в её глазах одобрение. Читалось это и во взгляде эйра Виса, и во взгляде верховной. Все трое чего-то ждали от молодого принца.