Закрыв за собой дверь, я оказалась на вытянувшемся вдоль длинной стены крыльце. Первые минуты я ни о чем другом думать не могла, кроме как о красоте и уникальности местной природы, которые теперь могла рассмотреть без спешки. Темно-серые почти черные скалы простирались во все стороны вокруг, образуя точно колыбель, тайную бухту в своих объятиях. Сам домик находился на довольно большой высоте от земли. По правую сторону шумел водопад, сбрасывая бурные потоки воды в широко раскинувшееся внизу озеро, бирюзовый цвет которого так резко контрастировал с черной горной породой и ванильно-бежевым песком. Растительности здесь было немного ввиду отсутствия плодородных почв для произрастания, но то тут, то там, на выступах обособленными группками стояли сосны, могучими корнями вгрызаясь в камень. Мох покрывал поверхность на стыках скал, где всегда сохранялась высокая влажность. Внизу, у самой воды, флора была гораздо богаче. По берегам озера росли осока и какие-то другие травы, которые пестрили желтыми и фиолетовыми цветами. У стен горного частокола произрастал невысокий кустарник типа шиповника.
Я вообще-то не люблю горы, очень мрачными и неприветливыми они мне представляются, но это место отчего-то подобных чувств не вызывало. Напротив, было в нем какое-то свое волшебство, словно бы некую тайну хранили эти черные скалы и лазурное озеро. И тайна эта для них свята, делиться ею они не намерены. Интересно, как Александр нашел это место? Что привело его туда, где едва ли до него ступала нога человека? Загадка. Как, впрочем, и все, что с ним связано.
Я уселась на дощатый пол и свесила ноги в пропасть. В голове стала выстраиваться картина произошедшего, вопросы всплывали один за другим, но ответы на них самостоятельно мне не найти, а потому оставалось только ждать пробуждения Александра. Солнце медленно перекатилось на западную часть небосклона, так приятно согревая кожу. Место Силы. Так бы я назвала эти дикие окрестности. Неудивительно, что Эйден именно сюда нас перенес, здесь без труда можно найти эмоции, способные напитать целительную магию Неспящего. Мне, правда, созидательная энергия сейчас была ни к чему, все мои немногочисленные и несерьезные ранения вылечил Александр, когда… поцеловал. Предпочла бы с гематомами ходить (не привыкать, в конце концов), чем подобные методы… Какая все-таки наглость в такой момент демонстрировать мне все свое бахвальство, на кое только способен! Знал ведь, что от своих слов я не смогу отказаться, и как, должно быть, злорадствовал, предугадывая мое неистовство!
— Мисс Гейл, на вашем лице сейчас присутствует вся палитра ярости.
В глубоких размышлениях я даже не заметила, как он возник рядом со мной. Ходит действительно бесшумно. Я обратила на Александра взгляд, желая удостовериться, что он восстановился после прикосновения душегубов, но выражения лица менять при этом не стала.
— Об этом мы поговорим позже, — только и пробубнила я. — Вижу, тебе уже лучше?
Эйден сел рядом со мной и ответил:
— Да, благодаря тебе.
Я попыталась отыскать в его словах или взгляде ноты сарказма, очередной холодной издевки, но, похоже, Александр был предельно искренен.
— Благодаря мне мы чуть не погибли, заслуг же в твоем чудесном исцелении моих нет вовсе, — эта резкость, разумеется, предназначалась не ему, а мне самой. Сбавив обороты, я пристально посмотрела в его глаза и спросила: — Расскажешь, что произошло, после того как душегубы тебя коснулись?..
— Ты о том, как оказались здесь? — спросил он, я кивнула в знак согласия, тогда Александр тихо продолжил: — Помимо проклятия и дара Неспящих у меня, как и тебя, есть еще одна способность. Только твоя магия повелевает временем, моя же — пространством. Я могу перемещаться из одной точки в другую, на каком бы расстоянии друг от друга они не находились.
— И давно ты владеешь этой магией?
— Она со мной с рождения, вот только подчинить удалось ее не сразу. А у тебя?
— И со мной то же самое. Сколько себя помню, всегда ощущала внутри эту силу, а сегодня бабушка Мэди, — я нарочно акцентировала внимание на имени моей дорогой бабули, фанатично вздыхающей по синим глазам Эйдена, который хоть и остался внешне спокоен, но уголками губ все же улыбнулся, — сказала, что способность у меня стала проявляться еще в раннем детстве.