— Позавчера ты так торопился, что забыл в ванной свои часы, — приторно-сладким голосом пропела Изабелла и протянула Эйдену пакет. — А еще я забрала твои вещи из прачечной. Все здесь.
— Спасибо, Иса, и прости, что доставил столько неудобств, ворвавшись так внезапно, — поблагодарил он невесту довольно сухо, должно быть, это напрямую было связано с участием невольного слушателя в их разговоре.
Я уже давно поняла, что он не делает свою личную жизнь общественным достоянием, традиционно предпочитая на публике скрывать эмоции даже в общении с женщиной, которая уготована ему в жены и, несомненно, весьма ему симпатична. С другой стороны, любит ведь он не ее, так чего и притворяться тогда, тем более что притворство это уж точно не про Эйдена.
Я закатила глаза и, глубоко вздохнув, села в машину, совершенно не расположенная и дальше быть свидетелем увлекательного (нет) действия этого романа. Еще пару минут они о чем-то тихо беседовали, а потом блондинка в расстроенных чувствах ушла прочь. Ох и намучается она с ним!
— Александр, можно мне поехать с тобой? — нарушила молчание я, когда мы отъехали от кладбища. — Я не хочу сейчас оставаться одна, тем более на краю света…
— По правде сказать, у меня и в мыслях не было переносить тебя в домик в горах. Думал скорее разделаться с делами и сразу отправиться в замок у холма Двух Ветров, — изложил свои планы Эйден и в тот же миг вдавил педаль газа в пол.
Меня вжало в сиденье. Интересно, он знает, что в Бринне, как, в прочем, и в любой другой точке земного шара, на законных основаниях запрещено перемещение по трассам со сверхзвуковой скоростью?
Сперва мы заехали в клинику Дойлов. Александр снова отдал всю свою энергию на поддержание жизненных показателей все еще пребывающих в состоянии глубокой комы людей. Удивительно, насколько мощной оказывается энергия-донор, чтобы питать безграничную магию Эйдена. Его чувство к той женщине из Японии необычайно велико, если с каждым днем Александр становится еще могущественнее, теперь усталость и любые ее внешние признаки исчезали на глазах. Похоже, он уже больше не нуждался в целительном сне.
А я все пыталась представить внешность и отличительные особенности женщины, которую сам Александр Эйден, упрямый гордец с ледяным сердцем, поставил на пьедестал, если даже Изабелла Макдугл не смогла затмить ее образ. А ведь я никого красивее этой Барби не видела за всю свою жизнь. Даже голливудские дивы – деревенские простушки в сравнении с этой Афродитой. Также я была почти уверена, что мисс Икс (или миссис? Хотя какая, по сути, разница?) как минимум дважды лауреат Нобелевской премии, глупой пустышкой идеалу ведь быть не положено. Короче так, задача на самом деле была довольно простой, для того чтобы совершенно четко знать, какая она, любимая женщина Эйдена, нужно было всего лишь вообразить себе самого Александра в женском обличии.
Я хмыкнула вслух над попытками представить себе Александра в юбке и собственным заморочкам на тему личной жизни Эйдена, который, кстати сказать, скосил на меня молчаливый взгляд, но затем снова погрузился в тягостные мысли. На его лице опять проступило напряжение.
После посещения клиники мы отправились в корпорацию Эйденов. И пока Александр внимательно изучал, принесенные на подпись документы, я наслаждалась любимым латте и то и дело ловила на себе любопытные взгляды сотрудников фирмы. Здесь мы задержались многим дольше, чем в больнице. Как оказалось, Эйден-старший улетел на несколько дней в Лондон по случаю проведения там какой-то экономической конференции, и на плечи Александра легли все дела бесконечного числа предприятий семейного бизнеса. Та еще радость унаследовать вместе со старшей ветвью все мыслимые и немыслимые проблемы как обычной человеческой жизни, так и таинственного существования Неспящих.
Ближе к вечеру Александр закончил свои дела и, прежде чем отправиться в замок Гейлов, мы заехали в мою городскую квартиру. Мне нужно было взять кое-какие вещи. Например, пару любимых толстовок и джинсы, мама ведь умышленно ничего такого мне не передала, одни только летние кружевные платьица девчачьих тонов. Может, в Бринне сейчас и лето, а там, среди гор, даже в ясный полдень прохладно.
Пока я бегала из комнаты в комнату, Александр прошел в гостиную, оттуда и послышался его ухмыляющийся громкий голос: