– Пункт первый. Старт и посадка…
О будущей войне взрослые много спорили. Идеалистов в миссии не было, все понимали, что насилие – исконное свойство человека, проклятье Каина, от которого невозможно полностью избавиться даже в идеальном обществе. На Клеменции, в царстве «чистых», тоже воевали, хотя в книжках и даже в разговорах старались страшного слова избегать. Были «конфликты», были «инциденты». И это при наличии единого государства, продуманной системы воспитания и Церкви, всегда готовой выступить в роли миротворца. Что говорить о Старой Земле, где проклятие Первоубийцы не сдерживается ничем, где люди рождаются на войне, живут – и на ней же погибают. Это знали всегда, но Великая война ужаснула. Тогда и стал вопрос о вмешательстве. Сводные братья обезумели, а безумца должно остановить, даже с помощью силы. Тем более, в Европе зреет новая война, Великая людей ничему не научила.
Тут-то начинались разногласия, маленькой Соль не очень понятные. Отец, когда работал в германской миссии, считал, что урок Великой войны все же не прошел даром. Ветераны и их дети не захотят нового кровопролития, если не доводить дело до опасной черты. Границы, начерченные в Версале, несправедливы, но их можно исправить мирно, без насилия. Целью же должна стать Объединенная Европа, гражданам которой станет просто незачем воевать. Хищники, которых обуздать невозможно – САСШ, Япония и большевистский СССР, – пусть сражаются в Китае и на Тихом океане. Их можно будет примирить только после следующей Мировой.
Гюнтер Нойманн считал иначе. Для него исконным врагом оставалась Франция, когда-то уничтожившая их Родину – вольную Окситанию, а теперь претендующая на господство во всей Европе. Vim vi repellere fas est licet! У Германии и Клеменции общие цели. Нацизм же – лишь детская болезнь. Победив и постепенно выздоровев, Германия и построит Объединенную Европу. Иначе на континенте станут заправлять русские и американцы.
Кого поддерживает руководство далекой Родины, Соль не знала. Гроссмейстер, глава Ордена Возвращения, вел переговоры с руководством Рейха, однако не соглашался на военный союз. Но после его гибели германскую миссию возглавил Нойманн, отцу же пришлось перебраться на землю врага, во Францию.
Для Соль все это было слишком сложно, даже когда она подросла, и приор Жеан начал вводить ее в курс дел. Она честно пыталась все запомнить, разложив по невидимым полочкам памяти, но понимала, что такое – не ее дело. Она закончит школу, а потом связь с Родиной восстановится, и можно будет уехать домой. Отец тоже мечтал вернуться, но хотел передать миссию в надежные руки.
А что теперь? «Я ошибся. С нацистами нельзя иметь никаких дел». Казалось бы, все ясно. Но война уже начинается, и все прежние планы можно смело прятать в архив.
И еще есть ТС – «Тяжелые системы».
– Карта Европы! – дохнула она в микрофон. – Германия! Сделать крупнее!
Экран послушно высветил знакомый контур границ. Города, реки, поля и горы. Третий Рейх… Что ж, если война, то сыграем в «морской бой».
– Разбить на квадраты! Квадрат К-12! Увеличить! Еще!..
Зачем нужна разбивка, она поняла не сразу. Теперь же все стало на свои места.
– Квадрат К-12. Объекты! Уточнить местоположение. Координаты.
Готово! Соль облегченно вздохнула. Вот и все секреты. Тайник-закладка к западу от Деггендорфа, где-то в горах. Описание есть, код стандартный.
– Курс – северо-восток…
Тюремный чин коснулся бумаги стальным пером.
– Белов или Белофф?
Александр лишь подивился. Неужели забыл? Он-то этого в форме признал с ходу. Возле Эйгера прошла, считай, целая жизнь, но если в днях отмерить, то всего ничего.
– Через «в». Номер 412, Александр Белов, фельдфебель, незаконный переход границы.
– Не будем нарушать! – чин наставительно поднял палец вверх, но не сдержался. – Неужто снова успели нагрешить? Ну, вы и рецидивист, Белов через «в»!
Из грузовика на самолет. Наручники, молчаливый конвой, легкие облака за иллюминатором – и Темпельгоф. «Зеленную Минну» подкатили прямо к трапу.
Чин покопался в папках, установленных на деревянном вертлюге, нашел нужную, кивнул удовлетворенно.
– «Александр Белов», новое дело можно не заводить. Записи соответствуют?
– Я по-прежнему родился в СССР, – согласился замполитрука. – Может, хоть сейчас зафиксируете?
– А некуда! – с прежним азартом отпарировал чин. – Место рождения – Москва, и хватит, невелика птица.
Прищурился.