Снова шепот, неуверенный, опасливый. Белов без всякой радости оценил соотношение сил. Наберется полное отделение – хорошо. А сколько эсэсовцев будет? Если придут вдвоем и постучатся, можно ответить, что в домике никого нет.
– Добровольцы, шаг вперед!
Ошибся – добровольцев оказалось только семеро. Слева тяжело дышал камрад Критцлер, справа оказался некто смутно знакомый, в пальто и шляпе.
– Добровольцы, ко мне!
Ступени гудели железом, напоминая о «Колумбии». Узкая лестница вела наверх, под самую крышу. Белов шел вторым, вслед за старшим. Полученный карабин нес за цевье. Кроме оружия, выдали патроны, старое пальто и мятую кепку пролетарского вида. Его спутникам оружия не досталось. Критцлеру, что тяжело ступал сзади, тоже выдали пальто вместе с шляпой. Третьим в их компании был тот самый смутно знакомый. Уже на середине лестницы Белов сообразил. Фройляйн Соль! Этот мужчина сидел с ней рядом. Александр успел подумать, что видом тот типичный интеллигент в галошах. Правда, вместо галош на незнакомце – модные туфли.
– Пришли!
Небольшая площадка, железо под ногами, впереди – большое квадратное окно. Тьма сменилась сумраком, и замполитрука сумел разглядеть плотно набитые мешки, металлический ящик и… Пулемет?
– Ориентирую! – старшой кивнул на окно. – Ваша задача – следить за территорией перед цехом. Кто бы ни появился, открывать огонь на поражение. Продержаться следует час, потом за вами придут.
Подошел к пулемету, наклонился, дотронулся рукой.
– Maschinengewehr 34, «косилка смерти», боепитание ленточное. Надежен, как… Как смерть. Кто умеет обращаться?
– Я! – прогудел камрад Критцлер. – Справлюсь!
Старшой кивнул.
– Подберете себе второго номера. Патроны экономьте, стрельба только короткими очередями. Все остальное вам скажет камрад Белов, он командир. Вопросы?
– Вода, – подал голос интеллигент в модных туфлях. – Вдруг ранят кого? И горло смочить не помешает.
– Разбираетесь, – одобрил старшой. – В углу ведро, крышкой накрыто. И кружка рядом.
Когда гулкие шаги отзвучали, интеллигент приподнял шляпу.
– Рискну нарушить конспирацию и представиться. Доктор Отто Ган, историк, специалист по средневековой Окситании.
– Кто-о? – поразился камрад Критцлер. – По какой такой еще…
Доктор негромко рассмеялся.
– Это я, чтобы вы не пугались. До недавнего времени – унтершарфюрер СС, прошел полный курс подготовки, так что за второй номер сойду… Командуйте, камрад Белов!
Отто Ган исчез так быстро, что Соль вначале растерялась, а потом сильно обиделась. Бросили, как слепого котенка! Сначала рыцарь Белов, потом искатель шарфа… Но тут же вспомнила: «Все призывного возраста…» Мужчины ушли, чтобы ее защитить.
Рыцарственная дама Соланж, достав из правой кобуры пистолет, вспомнила о недостающих патронах, которые так и не зарядила, устыдилась. Оружие спрятала (не сейчас!), скинула пальто, надела рюкзак и шагнула за дверь, в темноту.
– Назад! – негромко скомандовал кто-то. – Вызовем, когда подойдет машина.
– Мне к командиру. Это срочно, камрад.
Пыталась говорить, как можно тверже, но голос дрогнул. Опять посчитали за маленькую! В людей она, конечно, стрелять не сможет…
…Но разве в бою не нужны разведчики?
– Хорошо, пойдемте за мной.
Командир нашелся в дальнем углу цеха, где горела маленькая электрическая лампочка. Кто-то незнакомый, но Соль всматриваться не стала. Подошла ближе, вздернула подбородок.
– Я умею летать. Прошу дать боевое задание.
Тот если и удивился, то виду не подал.
– Продемонстрировать можете?
Палец на кнопке – второй, блокиратор уже снят. Правую руку вперед…
Поднялась к самой крыше, оттолкнулась рукой от железа. Спустилась.
– Не очень быстро, но могу. Только с пистолетом не справлюсь, правая рука занята, а левой – тяжело.
Командир подошел ближе, наклонился. Годами за пятьдесят, лицо в морщинах…
– Кто же тебя, такую маленькую, летать отпустил? Стрелять не придется, но… Знаешь, что такое боевой приказ?
Соль на миг задумалась.
– Его надо обязательно выполнить. Правильно?
– Правильно. Поэтому сделаешь, что я скажу. Не больше и не меньше.
Режим «черепахи», подогрев включен. Ночь, мелкий дождь, в глаза смотрит Мать-Тьма. Соль устроилась на крыше как раз над входом. Двор и дорога за ним – как на ладони. Машины в такую погоду обязательно включат фары, скорее всего дальний свет. Издалека видно! Эсэсовцы подъедут на военных грузовиках, машины приметные, с тентами. Появиться должны с севера, то есть справа. Хотя налево тоже смотреть придется, мало ли?