– Эйгер? – поразилась она. – Да, отец меня возил. Я была тогда, кажется, во втором классе…
Соль, подождав, пока авто доктора скроется за ближайшим холмом, перебралась через невысокое ограждение и зашагала по полю. Отто Ган почему-то очень смутился, когда она переодевалась. Купленную одежду уложили в чемодан, и доктор вручил ей дожидавшийся своего часа неприкосновенный запас из багажника – четыре банки солдатского пайка. Название маленького городка она запомнила, а доктора хотела поцеловать на прощание в щеку, но не решилась. Еще подумает, что она и вправду ребенок!
Под подошвами – черное вспаханное поле, желтые стебли. Соль оглянулась. По шоссе мчатся машины, их много, однако шоферы смотрят, как и положено, вперед. А если кто и заметит девочку в авиационном комбинезоне, не беда. Не поймут, просто не успеют.
Курс юг-юго-восток. Там Берн, федеральный город бывшей Швейцарии. А дальше – строго на юг.
Проверила микрофон, резко выдохнула.
– Модуль!
Школьницу Соль земные горы не сильно впечатлили. Как-то она положила рядом два учебника, школьный и тот, что мама привезла с Транспорта-2. Сравнила и лишь головой покачала. Эверест! Да на Клеменции таких Эверестов два десятка. А пик Апофеоз, 18 653 метра, если по земному мерить, не хотите?
Отец, в молодости по горам немало ходивший, заступился за землян. Дело не в размере, иногда и километровую стенку с трех подходов не возьмешь. Горы это… Горы!
Из всех земных гор школьница Соль видела только те, что в Баварии, а на Фихтель даже поднялась вместе с папой. Ничего особенного! Красиво, конечно, но как-то не волнует. Отец покачал головой и на следующее лето взял свое чадо в настоящие горы, в ледяное сердце Альп. Соль осознала, но от альпинистской секции отказалась наотрез.
– Я лучше научусь летать, папа!
Сама же оставила в памяти зарубку. На Земле и вправду не стоит, но вот дома, когда вернется… Апофеоз так и не покорили, между прочим.
Самолеты встретились ей при подлете к Нассау, сразу три. Не «пассажиры», военные. Шли почти параллельным курсом явно по своим делам, но один, внезапно отвернув, пошел наперерез. Заметил! Соль представила, что мог увидеть пилот. Маленький полупрозрачный шар, темный силуэт за иллюминатором.
Невидимость включила сразу, вверх или вниз, решала целую секунду.
– Вниз!
Потолок у самолета выше, скорость больше в разы. Пусть погоняется за тенью! В крайнем случае, можно приземлиться где-нибудь в лесу.
Погони не было, для летчика шар просто растаял в голубом просторе. Радиолокаторы на самолетах ставят пока только англичане, и то на испытательных. Но через несколько лет «Сфере» в небе станет опасно. Впрочем, инженеры на Клеменции к этому времени что-нибудь обязательно придумают.
Когда небо вновь стало чистым, Соль, поднявшись на прежнюю высоту, вернулась на курс. Берн! А пока ничего не мешает, решила заняться важным для каждого разведчика делом – документами. Все, что есть, в кармане при поясе, маленькая стопка в непромокаемом чехле.
Шпионская работа ее никогда не привлекала. Не потому что неинтересно, наоборот. Но шпионы, которые в книжках и фильмах, умные и сильные, главное же находчивые. Наклеил усы, цилиндр на нос надвинул – и ты уже не ты, а граф Лабрадор-Пинчер. И ходишь как граф, и говоришь, а тайны тебе в протянутые ладони так и падают. А за кого может сойти она, Соль? В Германии за эмигрантку из Аргентины, во Франции – за немку, но все равно – школьница, а не Фрау Доктор.
Походить на великую Мату Хари школьница Соль совершенно не желала. Еще чего!
И лишь недавно ей подумалось, что в разведке она уже, считай, четырнадцать лет. И ничего, справляется. Конечно, Харальд Пейпер – герой…
…Но с какой стати ему помогать чужой разведке? Так что Соль не чувствовала себя виноватой. У каждого свое задание, каждый желает узнать секрет первым. Конспирацию она не нарушила, никого не подвела, даже доктора Гана. Тот тоже не прост, не зря про Эйгер обмолвился. У него, выходит, своя игра? Почему бы и нет?
Все это было очень-очень сложно и непонятно, но Соль решила не унывать. Если маршрут слишком труден, его просто надо разбить на участки, ровные и прямые, как поле перед атакующей ротой. И тогда все станет на свои места.
Вперед, маленький солдатик!