— Я понимаю, — кивнул он, заставляя себя проявить сочувствие. — Возможно, для тебя это не самая приятная встреча, но это и не конец света. Поэтому давай вести себя как взрослые.
Он развел руками, словно показывая, что если хорошенько все обдумать, ситуация была вполне приемлемой. Но сам Мерд отлично знал, что это не так. Чертям было строго запрещено общаться с людьми. Зачем это было нужно, никто уже не помнил. То ли чтобы черти не учили смертных плохому (как будто им была нужна помощь), то ли, наоборот, чтобы люди не портили чертей. В конце концов, люди были мастерами злых дел — уклонение от налогов, подтасовки на выборах, фальшивые улыбки на семейных встречах и так далее, сами знаете. Как бы то ни было, Мерд должен был бежать, исчезнуть, испариться — что угодно, только не стоять здесь и болтать. Но бежать было некуда, оба конца тоннеля были завалены камнями. Да и откуда Данил мог знать, что все это запрещено?
Сам Данил воспринял ситуацию далеко не так спокойно, как можно было надеяться. Черт, настоящий и живехонький? Такого в должностной инструкции точно не было.
— По-твоему, это нормально? — спросил он, сдерживая возмущение в голосе. — Ты вламываешься в мою шахту и делаешь вид, будто ничего не произошло?
Мерд поднял руки в миролюбивом жесте.
— Спокойно, не нужно так нервничать. Мы просто работали, как и ты, когда вдруг — бац! Потолок рухнул. Поверь, никто из нас этого не ожидал.
Данил моргнул, пытаясь уложить в голове эту абсурдную ситуацию.
— То есть ты просто... сделал подкоп, а теперь говоришь, что весь этот бардак случился не по твоей вине? — его слова были резкими, но за ними уже начинала ощущаться странная апатия.
— Технически, это вы вырыли тоннель, который вывел к нам, — небрежно заметил Мерд, пожимая плечами. — Давай сойдемся на том, что вина тут скорее общая, разве нет?
— Ты знаешь — да, мы копали тоннели, — язвительно парировал Данил. — В шахтах это обычное дело. Но вы — вы вырыли под ней пещеру размером с небольшую страну.
— Детали, детали. Слушай, мы можем сидеть тут и винить друг друга весь день. Или можем сосредоточиться на том, что делать дальше. Сдается мне, никому из нас не хочется объяснять эту ситуацию начальству.
В этом Мерд был прав. Как, интересно, объяснить огромную дыру в Ад посреди шахты? В отчете о происшествиях такого раздела явно не предусмотрено. И что он должен был сказать своей команде? «Извините, ребята, но сегодня к нам зашли поработать несколько друзей из подземного мира?»
— Слушай, — тихо усмехнулся Мерд, а его голос был теплым и почти убедительным. — Мы оба облажались. И было бы неплохо, чтобы этот… инцидент остался между нами. Что скажешь? Просто два парня, которые решают проблему.
Данил рефлекторно сцепил зубы, едва слыша, что говорит черт. Решают проблему? Ага, конечно. По-хорошему, ему нужно было взбеситься и вышвырнуть этого наглеца туда, откуда он вылез. Но вдруг оказалось, у него нет сил злиться — да и какой в этом толк? Он уставился в пустоту, погружаясь в темные мысли, в которые он всегда скатывался, когда что-то шло не так. Для него это был не просто еще один неудачный день. Это был еще один камень в Великой Китайской стене катастроф, которой стала его жизнь. И увидеть в ней просвет с каждым разом становилось все сложнее.
— Почему это всегда случается со мной? — пробормотал он, обращаясь скорее к угнетающей черноте, чем к черту перед собой. — Почему все, к чему я прикасаюсь, рассыпается в пыль? Сначала жена. Потом треклятые коллеги. А теперь обвал прямо в моей шахте. Великолепно, просто чудесно. Да вся моя жизнь — один сплошной обвал. Разве для этого я старался?
Лицо Данила исказилось в бессильной гримасе, словно он только что осознал, что автомат с закусками съел его последнюю купюру и заглох навсегда. Мерд, наблюдая за разворачивающейся драмой, ощутил что-то, что было ему не знакомо. Сочувствие? Возможно, но вряд ли.
— Как я уже сказал, мы с тобой в одной лодке. У меня жизнь тоже не сахар, если это хоть немного тебя утешит. Я не знаю, через что ты прошел, но ясно одно — тебе пришлось нелегко. И если бы я мог помочь, я бы помог.