Тот сделал глубокий вдох и шагнул вперед.
— Вчера моя бригада заметила кое-что странное в тоннелях, — он выдержал паузу для эффекта. — Смертный дух.
Стоило произнести это, как воздух словно застыл. Черти уставились на него в ужасе, широко распахнув глаза. Обжигающее молчание длилось несколько долгих секунд, а затем, одна за другой, головы начали кивать.
— Да, — продолжил Данил, подогревая их страх. — Мы слишком близко подошли к поверхности. Если продолжим копать, можем создать портал. А нам этого не нужно.
Черти одобрительно переговаривались между собой — если где-то поблизости был хотя бы намек на смертных, закрытие сектора, безусловно, казалось логичным решением.
— Хватит болтать, — рявкнул Гнус, возвращаясь к своему обычному тону. — Все, кто работал в этом секторе, в ближайшее время будут работать здесь.
Он извлек схематичную карту и отдал ближайшему бригадиру. Дважды повторять не пришлось. Без особого энтузиазма черти покорно отправились к новому месту работы. Многие надеялись наконец-то оставить проклятые туннели позади и заняться чем-то другим, не важно чем. Но у Ада были другие планы, а значит, пришла пора снова браться за ненавистные кирки.
Напоследок главмастер повернулся к Данилу, и теперь его улыбка была еще более ехидной.
— Наслаждайся последними деньками, Гадкинс. Бьюсь об заклад, ты не выполнишь норму в этом месяце. А значит, увидимся в Геенне на переработке.
Сердце Данила екнуло. Он понятия не имел, о чем шла речь, но голос Гнуса не предвещал ничего хорошего. Интересно, что они с Мердом не поделили? С чего бы главмастер так радовался его неудачам? Впрочем, ответ на эти вопросы мог и подождать — сейчас была проблема поважнее. Бригада с понурыми головами отправилась следом за остальными, а рядом с Данилом возник Жукс.
— Похоже, мы крепко влипли, босс, — проговорил он со странной смесью тревоги и робкого оптимизма в голосе. — Если не ускоримся, нам всем крышка. И на этот раз это не преувеличение.
Данил лишь тяжело вздохнул и потер виски.
— Насколько мы отстаем?
— Не так сильно, как можно подумать, — попытался подбодрить его Жукс. — Но осталось три смены. Может, мы и правда сумеем, но... скажем так, легкой прогулки не будет. Разве что у тебя припасено некое чудо.
Дорога прошла в тяжелом молчании. Прибыв на место, Данил окинул взглядом другие бригады и обратился к помощнику:
— Кто работает в соседних с нами тоннелях? Ты их знаешь?
— Лучше бы не знал, — скривился Жукс. — Это худшие бригады в Аду. Настоящие неудачники. Вот уж кто точно пойдет на переработку.
Глаза Данила блеснули внезапным вдохновением.
— Неудачники, говоришь? Отлично. Именно они нам и нужны.
Жукс выглядел озадаченным, но Данил уже убежал вперед. Подойдя ближе, он не стал терять время и сразу изложил свой план двум бригадирам, на чьих лицах читалась такая обреченность, словно они вот-вот сдадутся.
— Я знаю, о чем вы думаете, но послушайте меня. У нас осталось три смены, чтобы выполнить норму, и если мы будем продолжать работать, как раньше, нас всех отправят на переработку. Но если мы объединим усилия, у нас может появиться шанс.
Бригадиры обменялись настороженными взглядами.
— И что ты предлагаешь?
— Мы объединим наши бригады. Я отберу самых сильных работников и поставлю их на пробивку породы. Остальных выстроим в цепочки, чтобы как можно скорее выносить камни и передавать их контролерам. Если сработаемся, сможем утроить нашу производительность.
Повисла неловкая тишина.
— В Аду не работают вместе, — ответил один из прорабов, скрестив руки на груди. — Каждая бригада сама за себя.
Данил кивнул.
— Все верно. А потом каждая бригада сама за себя отправляется в Геенну. Если хотите выжить, придется забыть про этот подход. И довериться мне.
Те колебались, но перспектива переработки была слишком серьезной угрозой. Скрепя сердце, все согласились последовать плану Данила на одну смену, чтобы проверить, сработает ли он.
И он сработал. Достигнутый эффект, одновременно ошеломительный и вдохновляющий, заставил чертей поверить, что у них был шанс пережить этот месяц.