Настроение мое немного поднялось, когда я глянула на это великолепие. Теперь я думала только о том, как эта красота передо мной сделана. На тарелках была не просто еда, а настоящие произведения визуального искусства. Идеальные сочетания форм, цвета и текстур. Меня охватил профессиональный азарт: разгадать рецепт Шефа.
И стоило мне оглядеться по сторонам, как тут же вся моя увлеченность испарилась. Шеф Яковлев стоял в зале и внимательно следил за каждым движением официантов, смотрел на лица гостей, щурился, подмечая реакции. В черном кителе шеф-повара с красным вышитым вензелем на груди (я в таком его раньше не видела, он ему очень идет), он был похож на капитана пиратского корабля, готового вздернуть на рее любого, кто хотя бы сделает намек на неаккуратное движение.
Я в третий раз за день не могла отвести от него глаз. Он был сосредоточием силы. И эта сила – мужская, животная, властная – тянула к себе. Я понимала умом, что повел он себя самым мерзким образом, но в моем теле разливалось томление, оно тянуло низ живота, оно смущало.
Он оказался неприятным человеком, но я хотела…
Ничего подобного я не ощущала рядом с Женей, даже в начале наших отношений.
Чтобы отвлечься уже наконец, я, не глядя, хватанула с тарелки первое, что попалось, не разбирая, что это, с чем и как называется и сморщилась, чуть не выплюнув все обратно.
«Что это за гадость?», – пронеслось в голове.
Я глянула, в меню и прочитала – «Чёрная икра с белым шоколадом».
«Ну, конечно! – подумала я, – белый шоколад».
Я ненавидела белый шоколад всей душой.
Буэ.
Меня от него буквально мутило. Мое естество противилось самому существованию белого шоколада, как чему-то противоестественному. Я схватила салфетку, поднесла к губам и с отвращением убрала с языка остатки этой гадости.
Подняла глаза и наткнулась на негодующий взгляд Шефа.
Да чтоб тебя!
Надо было видеть его лицо. Да и лица гостей в зале. Мои манипуляции не остались незамеченными.
Мне казалось, что Шеф сейчас взорвется. Он шел к моему столу, и в глазах его сверкали молнии.
«Мне конец», – подумала я, когда он подошел.
Глава 3. Вам что-то не понравилось?
– Простите, вам что-то не понравилось? – спросил он вроде бы вежливо и сдержанно, но в голосе его звенела холодная сталь.
– Угу, – кивнула я, – это попросту несъедобно.
Испуг сменился злорадством.
Я вдруг поняла, что могу сейчас отыграться на нем за слова о женщине на кухне. Терять мне было нечего: официанткой я сюда устраиваться не собиралась, дорога на его кухню была закрыта, как человек он мне категорически не понравился, как мужчина… тут я помолчу.
В общем, я вошла в раж, решив не оправдываться тем, что блюдо, может быть, и великолепно, просто я не переношу белый шоколад.
– Простите, но позвольте усомниться, – вежливость Шефа внушала опасения, настолько она звучала угрожающе. Гости за ближайшими столами внимательно слушали наш разговор, и я видела каких трудов стоит Шефу не придушить меня сейчас прямо за этим столом, ну, или скормить мне центнер белого шоколада. – Белый шоколад прекрасно сочетается с черной икрой, может, вы не распробовали?
– С черной икрой прекрасно сочетается чёрный хлебушек и рюмка ледяной водки. – я смело смотрела ему в глаза, но коленки тряслись. – Вы, Шеф, слишком долго пребывали за границей и, кажется, оторвались от русских корней и традиций. Вы бы еще в вареную картошку вместо сливочного масла добавили клубники. Чушь какая-то! – выпалила я скороговоркой и от ужаса зажмурила на мгновение глаза, не зная, во что сейчас выльется его ярость.
Кто-то прыснул от смеха за соседним столом.
Я открыла глаза и глянула на Шефа. Он побледнел от злости настолько, что это было заметно, даже несмотря на его смуглую кожу. Казалось, он сейчас проткнет меня своим взглядом. Но теперь к нам было приковано еще больше внимания.
Шеф совладал с собой, сделал издевательский, легкий полупоклон и сквозь зубы процедил: