Лара подозревала, что он плетет ей небылицы, но не успела выразить недоверие, как они въехали на стоянку при ресторане.
– Смотрите-ка, сегодня полно посетителей.
– Да это пивнушка, – запротестовала Лара. Вдоль крыши заведения тянулась гирлянда из лампочек, которые почти все перегорели. Гирлянда служила единственным украшением фасада. – Я не пойду туда.
– Подумать только. – Кей повернулся к Ларе. – А вы, оказывается, ставите себя выше нас?
Он загнал ее в угол. Если она откажется пойти с ним в забегаловку, он снова назовет ее снобом, фарисейкой и чистоплюйкой, не имеющей права указывать другим, когда у самой подмочена репутация.
С другой стороны, Лара не желала, чтобы по городу пошли слухи, что она появляется в обществе Кея Такетта. Можно себе представить, как заработают языки! Сначала докторша соблазнила сенатора Кларка, а теперь завлекает его младшего брата.
Но болтовня и сплетни – это дело будущего. А уничтожающее презрение Кея было реальностью сейчас. Она вышла из машины. Довольная усмешка украшала его лицо, когда он открыл ей дверь заведения; она еле стерпела унижение.
Внутри забегаловка показалась ей не лучше, чем снаружи. Табачный дым застилал потолок и редкие источники света. Одуряющий запах пива соперничал с оглушительным ревом музыкального автомата. Несколько пар толкались на тесной такцевальной площадке. Длинный бар занимал целиком одну стену, а столики располагались по темным углам.
Все головы повернулись к дверям, когда они вошли. Женщины разглядывали Кея; мужчины нацелились на Лару. Чувствуя на себе изучающие взгляды, она прошла за ним к столику.
– Вы пьете пиво?
Она опять услышала в его голосе вызов. Еще одна проверка.
– С жареной грудинкой? А как же.
Кей заложил два пальца в рот и пронзительно свистнул.
– Эй, Бобби, два пива!
– Чтоб мне провалиться на этом самом месте! – пробасил хозяин. – Два пива для пропащего Кея Такетта!
Кей сел напротив Лары и отодвинул в сторону прибор с приправами.
– Сначала спасаем жизнь ребенку, а потом пьем со мной пиво, и все в один день. А вы тоже умеете жить на всю катушку, дон!
Он не ждал ответа, да она и не успела бы его дать: круглый толстяк в белом переднике, запятнанном соусом и другими продуктами, появился у их стола, держа в одной руке за горлышко две бутылки с пивом. Другой рукой он приятельски хлопнул Кея по спине.
– Давненько я тебя не видел. – Он поставил бутылки на стол.
Лара успела поймать свою, прежде чем та перевернулась. Бобби не заметил промаха. Он продолжал приветствовать Кея.
– Слышал, ты только что вернулся из арабской страны. Там, говорят, если посмотришь на их баб хоть краешком глаза, они тебе тут же оторвут морковку. Это правда? Интересно, как ты-то, шельмец, там выжил? Я ждал, когда же ты меня навестишь, задница.
– Чудесное у тебя местечко, Бобби. Вижу, ты по-прежнему процветаешь, держишь и ресторан, и комнаты.
– Точно. Если людям хочется есть, пить и совокупляться, они знают, где можно получить все три удовольствия сразу. Как говорится, полное обслуживание. Вот моя философия. А это кто? – Он ткнул пальцем в сторону Лары.
Кей представил ее Бобби. Тот не стал скрывать своего удивления.
– Таи вы и есть та самая темная лошадка. Ну и ну, Кей.
Он откровенно ее осмотрел, что было предпочтительнее взглядов исподтишка, которые бросали на нее все остальные.
– Говорят, вы уже устроились. На месте старого дока Паттона. Верно?
– Верно. – Лара улыбнулась, заметив рубцы от ожогов у него над бровями и у линии волос.
– Чудеса, да и только. – Он переводил взгляд с Кея на Лару и обратно. – Кто бы мог подумать, что вы подружитесь.
– А мы вовсе и не подружились, – ответил Кей. – Просто так случилось, что мы вместе проголодались и зашли к тебе. Так что – будешь нас обслуживать или будешь трепаться целый вечер?
Жареный Бобби добродушно усмехнулся.
– Сейчас все подам. Мне бы только подзаработать. Что вы хотите?
– Два раза грудинку. Мне без подливки.
– Я подам подливку отдельно, и вы сами решите. Еще пару пива?
– Подашь вместе с грудинкой.
– Очень надеюсь скоро приболеть, – объявил Бобби, подмигивая Ларе. Он покачал головой, удивляясь неожиданностям, которые преподносит жизнь, и вразвалку вернулся за стойку.
Кей сделал несколько больших глотков пива. Лара отпивала понемногу и не торопясь.
– Вы поднимались в воздух прошлой ночью?
Он перестал пить, но держал горлышко бутылки у самых губ.
– Почему вы спрашиваете?
Лара отвела взгляд от его губ и бутылки с пивом.
– Просто любопытствую.
– Вы угадали, я летал прошлой ночью. На «Пайпер каб». Знаете, что это такое?
Она отрицательно покачала головой, хотя теперь имела об этом некоторое представление.
– Удобная штука, если хотите немного покататься. А все-таки почему вас это интересует?
Лара не решалась признаться, что после их ссоры на школьной стоянке, она, чтобы охладить свои чувства, поехала за город и видела, как сумасшедший, но опытный летчик шутил со смертью, не боясь разбиться.
– Я вспомнила о вашей ноге, – пояснила она. – Вы ее бережете при ходьбе. Значит, вам трудно летать.
– Она еще побаливает. Но я не могу не летать, иначе сойду с ума.
– Выходит, такой перерыв для вас редкость?
– Летать – моя профессия. Я работаю по контрактам. Соглашаюсь на любое предложение, если оно интересное.
– Это ваш критерий? Любая работа, если она интересная?
– И если за нее хорошо платят, – добавил он с усмешкой. – Я не нанимаюсь за гроши.
– Вы можете выбирать себе клиентов?
– Почти всегда. Некоторые настоящие миллионеры. У них дорогие современные машины. Они даже оговаривают в контракте, сколько часов пилот может лететь без сна и через сколько часов после выпивки. Они требуют от вас все документы, как это предусмотрено Федеральным авиационным управлением. Но встречаются и другие, с никудышными самолетами. Иногда не знаешь, как садиться в пункте назначения. А что касается требований к пилоту, то им достаточно, чтобы он видел хотя бы одним глазом.
– И вы летали при таких условиях?
– Именно «при таких условиях» я заработал кучу денег.
Послушав его разговор, Лара про себя решила, что как раз деньги его интересовали меньше всего.
– Вы любите летать, правда?
– Это у меня на втором месте после секса. Иногда даже лучше секса, не надо разводить антимонии, к тому же самолеты не обладают даром речи.
Она не поддалась на провокацию.
Он продолжал:
– Там наверху все такое ясное. Никакая чепуха не туманит мозги. – Кей прищурился, будто в поисках подходящего слова. – В небесах все просто и понятно.
– А по-моему, совсем не просто и совсем не понятно.
– Пилотирование – это от Бога, – произнес он, резко тряхнув головой. – Вы или рождены пилотом, или нет. Вы чувствуете машину нутром, а не умом. Вы или плохой летчик, или хороший, середины нет. Ваши решения или правильные, или ошибочные. Один просчет, и вам крышка. Тут все просто. Никаких раздумий и никаких сомнений. Сразу принимаешь решение, а там уж остается только уповать на Всевышнего.
– Разве сегодня все прошло просто? – напомнила она.
– Для меня, да. Я не участвовал в спасении ребенка, а только пилотировал вертолет. Это все, что от меня требовалось.
Лара не поверила, что он остался равнодушным к событиям. Кей не хотел признаваться, насколько дорога ему стала жизнь Летти Леонард и как сильно он бы огорчился, скончайся девочка по пути в больницу.
Жареный Бобби принес пиво и грудинку. На каждом блюде, помимо аппетитного куска мяса, лежали горка жареного картофеля, капустный салат под майонезом, половинка сладкого красного лука, два куска белого хлеба и красный перец размером с маленький банан. Кей тут же впился в него зубами, словно это был фрукт. От одного только запаха перца у Лары из глаз потекли слезы, и она отодвинула его в сторону. Что же касалось грудинки, то тут Кей ее не обманул, она оказалась необыкновенно вкусной. Мясо, которое много часов коптили над мескитовыми ветками, таяло во рту.