– И каков результат? Положительный?
– Никаких сомнений.
– Подобные тесты достаточно надежны, но всегда существует возможность ошибки. Пойди в туалет. Я сегодня сделаю предварительный анализ мочи.
– Хорошо. Только я точно беременна.
– Это твоя первая беременность?
– Да. Если это так, он меня убьет.
Хелен пошла в туалет рядом с кабинетом. При мысли о том, что Кей спокойно сидит в приемной, у Лары все закипело в душе; она чуть не бросилась туда, чтобы высказать, что она о нем думает. Но ее остановило появление Хелен.
– Я оставила мензурку на бачке.
– Отлично. А теперь ложись на стол и постарайся расслабиться.
Через несколько минут подтвердились самые худшие опасения Хелен.
– Я так и знала, – запричитала она, когда Лара сообщила, что налицо все признаки беременности. Она опять расплакалась. Лара обняла ее и держала в объятиях до тех пор, пока рыдания не перешли в сухую мучительную икоту.
– Я не хочу тебе давать что-нибудь успокоительное, пока мы не получим окончательных результатов. Хочешь чего-нибудь выпить?
– Коку, если можно.
Лара оставила ее на минутку, пока ходила за кока-колой. Когда она вернулась, Хелен тихонько плакала, но уже взяла себя в руки. Она жадно отпила несколько глотков.
– Хелен, значит, отец ребенка не может жениться на тебе?
– Нет, – прошептала она, – ребенок ему совсем ни к чему.
Волна злости подступила к горлу Лары.
– Понятно. А как твои родители? На них можно рассчитывать?
– Они меня любят. – В глазах Хелен вновь появились слезы. – Родители не выгонят меня из дома. Но папа староста в нашей церкви. Мама… Да что там говорить, они просто умрут от стыда.
– А ты хочешь сохранить ребенка?
– Я не знаю.
– Ты всегда можешь его отдать на усыновление.
Она печально покачала головой.
– Не думаю, чтобы он мне это позволил. Кроме того, если у меня будет ребенок, я не смогу с ним расстаться.
– Ты думала об аборте?
– Наверное, это единственный выход для меня. – Она всхлипнула и прижала к носу бумажную салфетку. – Только… только, понимаете, я его люблю. Я не хочу убивать его ребенка.
– У тебя еще есть время подумать, – ласково проговорила Лара, поглаживая руку девушки.
– Если я решусь на аборт, вы сделаете его, чтобы никто не узнал?
– Прости, Хелен, но нет. Я не занимаюсь прерыванием беременности.
– Почему?
Лара видела смерть собственного ребенка, и прекращение жизни зародыша было превыше ее сил, если только речь не шла о спасении матери.
– Это вопрос принципа, – пояснила она девушке. – Но если ты действительно беременна и решишься на аборт, я все устрою.
Хелен кивнула, но Лара сомневалась, понимает ли она, что означает подобный шаг. Отчаяние сделало ее безразличной ко всему окружающему. Лара похлопала ее по руке и сказала, что ненадолго ее оставит.
– Лежи спокойно и допивай коку.
Лара вышла в холл и собрала все свои силы перед предстоящим разговором. Войдя в приемную, она щелкнула выключателем, и холодный безжалостный искусственный свет затопил комнату. Кей полулежал на одном из кресел. Щурясь от внезапно вспыхнувшего яркого света, он медленно поднялся на ноги.
– Почему вы привезли ее ко мне? – гневно спросила она.
– Вы говорили, что вам нужны пациенты.
– Очень благодарна за заботу, – едко произнесла она, – но я предпочла бы не ввязываться в вашу очередную интрижку.
Он сложил руки на груди.
– Судя по вашему тону, Хелен не ошиблась. Она беременна?
– По всем признакам, да.
Он опустил голову и негромко замысловато выругался.
– Насколько я понимаю, для вас это печальная весть.
Кей резко поднял голову.
– Верно, док. Совсем некстати.
– Вы должны были подумать об этом раньше, прежде чем ложиться в постель с такой неопытной девушкой, как Хелен. Почему вы не приняли меры предосторожности? Наверняка такой многоопытный донжуан всегда имеет при себе презервативы. Или вашему мужскому эго претит пользоваться таким предметом?
– Погодите…
– Кларк мне рассказывал о ваших склонностях сатира. Я думала, он преувеличивает, но он, оказывается, был прав. «Женщины Кея Такетта». Это что – вроде клуба?
Для членства нужно всего одно условие: переспать с вами. – Лара обожгла его негодующим взглядом. – Может, надо сменить название на «Несовершеннолетние девочки Кея Такетта»? – издевалась она. – Что с вами происходит? Вы стареете? Вы начали сомневаться в ваших мужских способностях? И чтобы удержать увядающую молодость, вы прибегли к такому эликсиру, как объятия школьниц?
– А вам-то до этого какое дело? – Слегка прищурившись, он вкрадчиво добавил:
– Ревнуете?
Лара спохватилась, кляня себя за то, что опустилась до его уровня. Открыла свои тылы для контратаки. Холодным голосом профессионала она сказала:
– Хелен серьезно подумывает об аборте. Я согласна оказывать ей помощь, пока она не примет твердого решения. Я согласна на это, если она будет приходить сюда одна, без вас.
– Она здесь вообще больше не появится. Мы только хотели узнать, да или нет. – Он полез в задний карман своих потертых джинсов и вытащил бумажник. – Сколько я вам должен?
– Вы мне ничего не должны, но я хочу получить кое-что в обмен.
– Что? Нет, давайте я погадаю. Так что же это такое? Бесплатный полет до Тимбукту?
Как она и ожидала, Кей не забыл об их последнем разговоре, и поэтому не удивилась его сарказму, пропустив его мимо ушей.
– Я хочу, чтобы вы мне обещали…
– Я ничего не обещаю женщинам. Разве Кларк не сказал вам об этом, когда распространялся о моей половой жизни?
Она старалась не повышать голос.
– Я больше не желаю, чтобы вы сваливали на меня вашу грязь. Уже второй раз вы являетесь ко мне со своими нечистоплотными делами. Прошу вас больше не вмешивать меня в них. Я не хочу становиться соучастницей ваших романтических школьных эскапад.
– Это все, что вы хотели мне сказать?
– Да, все.
Он подошел к ней совсем близко, так близко, что они касались одеждой друг друга. Она чувствовала тепло его тела, его дыхание на своем поднятом к нему лице. Кей был в бешенстве. Еще мгновение, и она отступила бы назад, если бы не твердая решимость выстоять до конца.
– Удивительно, дон, – проговорил он почти шепотом. – А я-то думал, что эти самые романтические эскапады определенно вам по вкусу.
С минуту Лара храбро выдерживала взгляд его синих глаз, потом отступила назад на несколько шагов и повернулась к нему спиной.
– Я пыталась как-то успокоить Хелен, но мне это плохо удалось, – сказала она через плечо. – Если у вас осталась хотя бы капля порядочности, будьте поласковей с ней сегодня. Не вините ее ни в чем. Не делайте выговоров. Вы должны относиться к ней с терпением и пониманием, пока она решает сложный вопрос.
– Благодарю за совет, я отлично подхожу на роль заживляющего раны.
Лара бросила на него яростный взгляд, повернулась и вышла из приемной. Прежде чем войти, она постучала в дверь комнаты для осмотра. Хелен лежала на спине на мягкой поверхности стола и смотрела в потолок, покрытый звукопоглощающими плитками. Лара с облегчением увидела, что она больше не плачет.
Лара заставила себя улыбнуться, надеясь, что ее улыбка не выглядит слишком искусственной.
– Как ты себя чувствуешь?
– Лучше.
– Прекрасно. Кей тебя ждет.
Она помогла Хелен слезть со стола, и они вышли в коридор. Такетт поджидал их у задней двери, готовый быстро и незаметно улизнуть. Сказать, что его нравственность оказалась на уровне понятий уличного кота, значило бы обидеть все кошачье племя. Оставалось только сожалеть, что его характер не соответствовал его наружности.
Открытый ворот рубашки позволял разглядеть лишь часть его широкой груди, которую видела тогда обнаженной Лара. Джинсы плотно облегали его узкие бедра и стройные ноги. Кларк редко носил повседневную одежду и никогда джинсы. Она не видела его или Рэндалла в ковбойских сапогах. Сапоги Кея свидетельствовали о том, что они побывали не в одной переделке.