Не задерживаясь, Кейто быстро сел в служебный грузовик и уехал. По его виду было ясно, как он рад, что дешево отделался.
Джейнэллен повернулась к брату.
– Я не нуждаюсь в опекуне!
– А я считаю, что нуждаешься, – ответил Кей, не обращая внимания на ее гнев. – Если к тебе привяжется репортер, я ему дам под зад. Поднимется еще больший шум, а это ни к чему.
Ее возмутило, что брат распоряжается ее служащим; что он подчеркивает ее неспособность позаботиться о самой себе. И, тем не менее, он совершенно прав. Если к ней действительно привяжется репортер с требованием сделать заявление и это дойдет до брата, то Кей может сделать с репортером что угодно. Давным-давно, когда она еще училась в школе и вернулась домой после свидания в слезах, Кей чуть не удушил ее напуганного кавалера, прежде чем Джейнэллен успела объяснить, что они смотрели в кино очень печальный фильм.
Она успокоилась, вспомнив, что он заботится о ее интересах.
– Дела обстоят хуже, чем ты думаешь, – призналась она. – Некоторое время назад сюда звонила Лара Мал-лори и хотела поговорить с мамой. Доктор Маллори считает: именно мама известила прессу, что она живет в Иден-Пасс.
Кей почесал затылок.
– Будь я трижды проклят!
– Тебя это удивляет?
– Нет. Меня удивляет то, что мы с доктором оказались одного мнения. Я тоже догадался, что это штучки Джоди. Репортеры не дураки, но только нескольким было известно, что Лара как-то связана с Летти; непостижимо, как они обо всем пронюхали. – Он покачал головой. – Ну и хитрая стерва.
– Не смей так говорить о матери.
– Это у меня вроде комплимента. Ты должна признать, что Джоди не лишена фантазии.
– Ты называешь это фантазией?
– А как еще? Она огорчилась.
– Ты ведь был там с нею, Кей. Ты все видел. Разве доктор Маллори проявила небрежность? Разве у Леонардов есть основания начать судебное дело?
– Я больше занимался вертолетом, но могу подтвердить, что Лара буквально вырвала девочку из когтей смерти. Вскрытие показало, что эмболия была оплошностью природы. Летти все равно бы от нее погибла, это врожденный порок. Смерть могла наступить в любое время. И еще одно: Леонарды мне не показались мстительными по характеру. Они очень верующие.
– Поэтому тебя удивило, что они ищут козла отпущения?
– Ты угадала. Ты знаешь, какая Джоди, она способна распустить слух о судебном деле, правда это или нет. Лару легко обвинить.
Джейнэллен вопросительно на него посмотрела.
– Ты что? – спросил он.
– Ты уже несколько раз назвал ее Ларой. Странно.
Он помолчал, затем заносчиво спросил:
– Ну и что? Ее же так зовут.
Джейнэллен не стала дальше развивать эту тему, у нее и без того накопилось много проблем.
– Знаешь, Кей, судя по голосу, она очень рассержена. Маллори попросила передать тебе и маме, что на этот раз вам не удастся отправить ее в изгнание. Интересно, что она имела в виду?
– Она намекает на тот случай, когда их с Рэндаллом Портером отправили в Монтесангре. – Он нахмурился. – Она вбила себе в голову, что Кларк подстроил назначение, использовав свои связи в госдепартаменте. Внешне назначение выглядело вполне приличным и солидным, а на деле означало узаконенное изгнание.
Сказанное потрясло Джейнэллен.
– Ты ей веришь? Неужели Кларк был предателем?
– Предателем – слишком сильно сказано, но наш братец неплохо умел выпутываться из неприятных ситуаций.
– Но из этой он так и не выпутался.
– Согласен, – неохотно подтвердил Кей. – И пока Лара тут у всех перед глазами, он останется с этим клеймом.
– Значит, ты все-таки одобряешь мамин поступок? Если только это она?
– Нет, не одобряю. Я тоже хочу, чтобы Лара Маллори убралась отсюда. Любым способом, пусть даже она тут повесится от тоски. Докторша этим и кончит, если ее оставить в покое. Но ты знаешь Джоди. Она не из тех, кто позволяет вещам идти своим чередом. Если события развиваются вопреки ее планам и расписанию, мать берет дело в свои руки.
– Прошу тебя, Кей, не суди ее строго. Помни, что она больной человек. Может, ты уговоришь ее посоветоваться с врачом?
Кей издал короткий смешок.
– После моих уговоров она наверняка откажется. Но я согласен, что ей следует пройти полный осмотр и сделать анализы. – Он положил руку на плечо Джейнэллен. – Боюсь, сестренка, что именно тебе придется ее убеждать. Возьмись за нее по-серьезному. – Он сжал ей плечо, затем направился к лестнице на второй этаж, захватив с собой пиво.
– Кей, ты уходишь сегодня вечером?
– Как только приму душ.
– Ты пригласил Хелен Берри?
Он остановился как вкопанный, затем повернулся к ней.
– Почему ты спрашиваешь?
По выражению его лица Джейнэллен поняла, что коснулась больного места. Она также осознала, почему он иногда вызывает в людях страх.
– Хелен со школы встречается с Джимми Бредли. Ходят слухи, – она смолкла и облизала губы, – что Хелен вдруг с ним порвала.
– Ну и что из этого?
– Послушай, Кей. – Собрав все свое мужество, она продолжала:
– Почему ты на ней остановился, когда у тебя такой большой выбор? Она вдвое тебя моложе.
– Поосторожней, Джейнэллен. Если ты начнешь копаться в моих личных делах, то я займусь твоими. – Он спустился на две ступеньки и театральным шепотом произнес:
– К примеру, я могу спросить, что у тебя с Бови Кейто?
У нее упало сердце.
– Абсолютно ничего!
– Ты говоришь, ничего? Тогда зачем ты так оправдывалась, когда я зашел на кухню? Я не слыхивал таких горячих оправданий с тех самых пор, как папочка Дренды Ларсон поймал нас с ней на сеновале, когда нам было по тринадцать.
– Бови наш служащий. Мы говорили о делах.
– Ладно. Так и быть, я тебе верю, – уступил Кей, хитро улыбаясь. – Но только если ты поверишь, что мы с Дрендой искали в сене иголку.
Предсказание Лары сбылось.
Неделю спустя после похорон Летти Леонард репортеры переместились из Иден-Пасс на другие более обильные пастбища, где они могли пастись и жиреть на бедах и несчастьях других людей. Однако всю неделю они не давали Ларе покоя, стоило ей появиться на улице. Шериф Бакстер, хотя и с неохотой, выполнил свою обязанность и прогнал журналистов и фоторепортеров с ее территории. Но их присутствие на улице превратило Лару в пленницу.
Местные телевизионные станции в Далласе и Шривпорте передали добытую информацию национальным телевизионным сетям, но Лара Портер и та роковая роль, которую она сыграла в падении сенатора Кларка Такетта пять лет назад, удостоились лишь краткого упоминания в самом конце новостей. Лара Портер больше никого не интересовала.
Чета Леонардов тоже не избежала внимания прессы, но наняла себе адвоката, выступившего от их имени. Недавний выпускник юридического факультета Бейлорского университета еще не приобрел достаточного опыта, тем не менее он показал себя с лучшей стороны и не струсил под градом вопросов репортеров. Адвокат настойчиво твердил, что его клиентам нечего сказать и что главное для них сейчас – это справиться со своим горем и лишь потом поднимать вопрос об ответственности кого-то за смерть дочери.
Лара много раздумывала над этим. Вопрос о применении антикоагулянта в случае с Летти стал ключевым во всем деле. После долгого изучения всех возможных вариантов она пришла к выводу, что ее решение не давать лекарство Летти было правильным. Но чтобы облегчить себе душу, она все-таки посоветовалась с врачом неотложной помощи, на попечение которого Летти поступила из рук Лары. Он одобрил ее решение и заверил, что выступит в ее поддержку, если речь пойдет о суде.
Шли дни, но Лара не получала никаких сообщений от адвоката Леонардов и стала надеяться, что слухи о судебном деле останутся не более чем слухами. Она не сомневалась, что их источник – кто-то из Такеттов. Ее попытки связаться с ними по телефону оказались безрезультатными и только усиливали чувство безысходности. Джоди Такетт или действительно очень больна и не может ответить на звонок, или ее домашние обманывают Лару.