— Нет, — коротко ответил Раиль и широко зевнул.
Таймэн молча кивнул. Нет, он-то не сомневался, что это она. Но, скорее всего, придворная дама, да еще учитель наследника, в театре играть не может. Значит, никто не знает. Это хорошо. Он с удовольствием откинулся на спинку кресла. Сам спектакль его не интересовал совершенно: а вот за Мэй наблюдать было забавно. В какой-то момент она явно почувствовала его пристальный взгляд и заволновалась, обшаривая глазами зрительный зал. Он широко ей улыбнулся. Заметила его? Нет? Неважно. Теперь она в его руках.
Наскоро наврав Раилю про какие-то важные дела (он, скорее всего, подумал, что племянник идет к женщине, и был прав), Тай отправился к чёрному входу театра. Он здраво рассудил, что девушка постарается скрыться незамеченной. Затаился в тени кустов. Было холодно, ноги у него быстро замёрзли. Таймэн спрятал руки в карманы, надвинул поглубже шапку и поднял воротник. Потоптался на месте. Попинал снег. Наконец, тёмная фигурка в капюшоне, подбитом мехом, выскользнула из дверей, огляделась и быстро побежала через освещенную улицу.
— Не страшно ночью одной шататься? — окликнул ее Таймэн.
Мэй подпрыгнула от испуга, вскрикнула.
— Тай! Ты что тут делаешь?
— Тебя жду.
— Узнал? — обречённо пробормотала девушка.
— Конечно. Не понимаю, как другие не видят. Я сразу понял, что это ты.
Мэй внимательно вгляделась в его бледное лицо. Она нередко видела знакомых среди зрителей. Королева Иванна театр любила и часто там бывала, но ни разу не обращала внимания на нее. Не узнавала. И никто не узнавал. А Тай только один раз взглянул и сразу понял. Это… было приятно.
Она поправила капюшон и смущённо опустила глаза:
— Ты ведь никому не скажешь?
— Разумеется, скажу, — пожал плечами Тай. — А ты как думала? Я благотворительностью не занимаюсь.
Мэй гневно уставилась в его довольное лицо, а он нагло усмехнулся и приподнял пальцем ее подбородок.
— На что ты готова пойти, чтобы я молчал?
— На убийство, — прошипела она, отталкивая его руку. — Урод!
— Завтра о твоём увлечении будет сплетничать весь дворец, — пообещал Тай и вдруг заметил. — Ты без перчаток!
Он ухватил ее озябшие пальцы, спрятал в своих ладонях и поднес к губам, дуя на них. Мэй откровенно растерялась. Что за человек! Сначала он ее шантажирует, а потом нежно целует кончики пальцев!
— Пошли, — скомандовал он, тяня ее за руку. — Простудишься, придётся тебя лечить.
— Дядя Раиль вылечит, — буркнула Мэй, сморщив нос, но все же пошла с ним. Это было безопаснее одинокой прогулки по городу, хотя кто знает!
— А почему ты зовешь его дядей?
— Скажи спасибо, что не папой. Моя мать когда-то говорила, что он мог бы стать моим отцом, если бы она не отказала ему.
— Вот как? — задумчиво пробормотал Тай. — Ну, спасибо, что не папа. Свою двоюродную сестру я бы домогаться не стал. Говорят, дети от близкородственной связи больные могут быть.
— О, так все понятно! Твоя мать родила тебя от близкого родственника? Ты ведь явно больной на голову!
Тай резко остановился, оскалился и наклонился к ней:
— А вот это ты зря, котенок. Я могу и разозлиться.
Мэй и отвела глаза. Извиняться она не собиралась.
Таймэн вздохнул и снова пошел вперед, не выпуская ее озябшей руки из своей теплой ладони. Он словно затих, молча глядя в ночь. Неужели обиделся? Церемонно довёл до крыльца того входа, который выходил в сад. Мэй едва не растянулась на ступеньках, поскользнувшись. Он просто подхватил ее и поставил на ноги, не сделав даже попытки приобнять, и Мэй отчего-то это задело. Какой чувствительный! Она пошутила слишком грубо?
Однако Тай лишь усыплял ее бдительность. Стоило только ей взяться за ручку двери, он обхватил ее плечи, дёрнул на себя и впился губами в ее губы. Прежде чем она успела среагировать и ударить его, Тай отшатнулся и с наглой ухмылкой заявил:
— Это был задаток. Об оплате за молчание мы поговорим завтра. Иди спать, мэйли. Иди-иди.
Мэй прекрасно знала катайский. Мэйли — значит, красивая. Она потрогала пальцами губы, тяжело вздохнула и действительно пошла спать.
Таймэн же нормально не спал уже несколько ночей. Быть рядом с ней — под одной крышей — было невероятно сложно. У него никогда не было проблем с женщинами, даже если они не знали, что он — Император. Женщины любили его, а он любил их, искренне восхищаясь каждой. Любили не только в Катае — во Франкии, пока он добирался до дворца, ни одной ночи он не провел в одиночестве. Тем удивительнее было то, что Мэй так упорно сопротивляется. Ведь он не предлагал ей ничего странного или дикого. Просто секс. Ничего не значащий.