3.3
Он делает глоток и встает. Молча берет бутылку и идет в сторону служебных помещений бросает спиной: «Когда будешь уходить, погаси свет».
И все, будто растворился в воздухе. И никаких предложений выпить или подвезти. Блин, напридумывала всякую ерунду себе, глупая.
И весь путь домой я сгрызаю кожу с губ, будто уничтожая этим свою химеру.
***
Я стою у входа в кафе, и мне почему-то совсем не кажется, что ему подходит название «Нефертити». Ничего египетского, невзрачная стена, дверь и окна, будто табличку случайно позабыли прошлые хозяева, а новым лень было снимать ее.
Набираю номер, голос просто и резко говорит «заходите», и торопливые в воздух льются гудки. Со мной заходят эти девушки и я вливаюсь в цветастый поток. Администратор, немолодая быстроглазая женщина с дешевым париком красных волос и круглым лоснящимся лицом проводит нас через несколько дверей.
— Так, переодеваемся здесь.
Она указывает на маленькие кабинки с пластиковыми дверцами, по типу примерочных. Перехватываю растерянные взгляды. Захожу внутрь, и рассматриваю себя в холодное заляпанное мухами зеркало. Прикладываю пальцы к отпечаткам, хранившим чьи-то чаяния и грезы.
Шурша роняю плащ на пол, стягиваю с себя узкие джинсы и серую кофту с катышками, надеваю облегающее зеленое платье и в тон туфли на шпильке. Разглаживаю волосы, которые несмотря на утюжок снова подло вьются от сырости. Осознание чего-то неправильного и запретного мурашками проносится по моему телу. Ну, допустим, это то, что я думаю, но не уходить же вот так, еще не выпустят.
— Девушки, быстрее, — торопит высокий голос администратора.
Я спускаю платье ниже, скрывая колени, и выхожу из своего убежища. Девушки стоят в ломанном пестром ряду.
— Сейчас придут гости, будут выбирать вас. Справа стоят те, кто с интимом, слева те, кто без.
Карточный домик окончательно достраивается и валится на пол от слова «интим». И все мои надежды растворились в тусклом мерцании разномастных светильников, освещающих полинялые плотные занавески с свалявшейся бахромой, эту комнату с изумрудным пыльным ковром. Естественно, встаю слева.
В дверь входят мужчины в темных рубашках, двое, и сверху на меня полил белый режущий глаза свет. Украдкой вглядываюсь в лица девушек, одни совсем молоденькие, юные, с детским взглядом, и более взрослые, терпкие, как настоявшееся вино, женщины с вырезанными на лице тонкими лучиками морщин.
Мужчины смотрят на нас оценивающе и похабно, обсуждают, переговариваются, переминаюсь на этих неудобных туфлях с ноги на ногу. И тут эти двое показывают на меня и на высокую блондинку с белыми крупными кудрями. Она делает шаг вперед, я повторяю за ней. Смотрю в пол, пытаюсь побороть тошноту.
Администратор ведет нас прочь по узкому коридору с множеством темных закрытых дверей, иду позади всех, медленно, будто на одних мысках. И даже радуюсь, когда администратор останавливается, звенит связкой ключей, отпирает дверь и пропускает всех, задерживая только меня, прижавшись ко мне своим массивным оплывшим телом:
«Ваша задача веселить их, общаться, танцевать, пусть они пьют и едят как можно больше, сама много не пей и, — осматривает мое платье — что за школьная форма, нужно что-нибудь в следующий раз более, ну ты сама понимаешь.»
Она подталкивает меня в сторону порочно скрипнувшей ею открытой двери.
/не забудь добавить в библиотеку (книжечки), подписаться и поставить звездочку!!’
Спасибо!
3.4
мои дорогие читатели! Жду от вас поддержки!
подписывайтесь, жмите три точки нравится, добавить в библиотеку! (Книжечку, звездочку)
комментарии, пожалуйста, только с браузера! три точки (комментировать).
И напротив имени Марфа Бескровная жмите подписаться, чтобы не терять меня!
Спасибо! И всем приятного чтения!
***
Комната солидно обставлена мебелью, широкий длинный кожаный слегка продавленный диван напротив безрамочного телевизора, на нем уже сидит блондинка. Два кожаных кресла и приставленный к дивану невысокий прямоугольный стол. Алюминиевый поднос, на нем бутылка текилы и ведерко с двумя бутылками шампанского и тарелки закусок.
«Зови меня Мари, а ты? — спрашивает блондинка, когда я усаживаюсь рядом с недовольным скрипом каких-то видимо пружин под черной лаковой кожей, — Можешь назвать любое имя, тут без разницы».
Грузный среднего(кажется) роста мужчина открывает шампанское. Короткие пальцы резво разливают алкоголь по бокалам, и все это сопровождается добродушной улыбкой на пухлом рябом лице. И я замечаю широкое, в форме Колизея кольцо на безымянном пальце правой руки. Лихорадочная дрожь проходит через желудок и подступает к горлу.