Выбрать главу

Второй включает проигрыватель, выбирает мелодию. У него длинные черные волосы и смуглое почти красивое лицо – интересно, зачем ему это все.

Часовая стрелка прилипает к 10, я, конечно, предупредила маму, что буду поздно, вот правда понятия не имею когда именно это я буду.

Рассматриваю ногти, что ж, в конце концов надо же как-то оплатить эту роскошь.

Игривая музыка прерывает мои мрачные мысли. Круглолицый улыбается, ловя мой взгляд:

«Андрей. А он – Леша.— отводит глаза от меня и будто вгрызается в блондинку взглядом, — Ну что Мари, мы тебя уже знаем, а кто эта юная скромница?»

Пытаюсь разглядеть сквозь серебристый слой пыли на зеркале у стены скромницу — но вижу только желтоватое (от тонального крема) лицо. Придется искать другой, как не наноси через время он начинает безбожно желтить. И снова деньги.

— Ее зовут Ирэн, — коллега(аж смешно от этого слова) приходит мне на помощь, протягивая вместе с ответом пустой бокал Андрею.

Я киваю, Ирэн, так Ирэн. Ох уж эта тяга к иностранным вычурным именам… она всегда меня забавляла, есть в ней что-то… пошлое.

Андрей протягивает мне полный пузырящийся бокал и садится рядом с Мари, а Алексей – рядом со мной, ну и громадный же тут диван... да.

И все мы чекаемся. Пригубляю коротко, только для виду, не напиваться же в такой анекдотичной компании.

«Ну что ж — Ирэн , — Алексей произносит долгое картавое «р», почти касаясь дыханием моего уха, — и чем ты занимаешься, Ирэн?»

Чувствую как краснота вместе с жаром разливается по лицу: «Я… я учусь».

Смачиваю сухое горло изрядным глотком, наслаждаясь сладким газированным вкусом. Рука Андрея скользит по колену Мари, она шутливо бьет и сталкивает ее, смеется.

«А почему решила, ну так проводить время?» — снова этот обжигающий шепот, нечеткие «р», снова глоток, и тут слышу аромат, парфюма или, может, пены для бритья: нотка мха, амбры и каких-то цветов, белых и звонких. Отвожу бокал ото рта и тоже, почему-то шепотом, медленно: «А потому что… люблю общаться с интересными людьми, а ты?»

Надо же решила, конечно ничего я не решала, но, не рассказывать же все. Он прыскает и принимается разрезать лимон: «Скажу если, — протягивает мне лимон, облизнув, засыпает себе в ямку между большим и указательным соль, — выпьешь со мной».

Разливает по рюмкам золотистый мексиканский напиток. Киваю. Берет мою руку в свою, отчего сердце сжимается, а потом наклоняется и проводит горячим языком по руке и задумчиво посыпает солью, притворно серьезно морща лоб, правда глаза его лукаво прищурены и в сжатых губах прячется насмешливая улыбка.

Мари и Андрей со смехом подскакивают с дивана, включая музыку громче, и бойко кривляются, прижимаясь ближе и ближе в каком-то неистовом танце.

Алексей встает и протягивает мне руку, помогает подняться. Быстрая музыка перестает и раздается плавная.

Алексей делает шаг ко мне и шепчет в самое ухо: «Видишь его, он женат, дети, много работы. Он устает дома, устает на работе. За все приходится платить. Он здесь, потому что ему это нужно. Ну а я, — говорит он, поправляет мне прядь на лице — а я тут, просто потому что хочется».

——

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

3.5

/жду комментариев ваших

причтного чтения, дорогие, пишу так быстро, как могу сейчас,

в комментариях хотела бы увидеть, что нравится вам, а что нет,

готова всех слушать и улучшать текст/

***

Сизо-синий утренний свет разливается по сухо шумящим деревьям на ветру. Мутное небо с ползучими черногривыми тучами вот-вот грозит прослезиться.

Кукольное личико в желтоватой маске тонального смотрит на меня через отражение в зеркале.Старое школьное платье довольно удачно подчеркивает мою фигуру, но, требует строгой диеты и дисциплины иначе вместо аппетитных изгибов будут довольно непривлекательные складки. У меня есть три тысячи, закрыть кредитку или купить менее скромное платье и новый тональный крем. Очевидно выберу второе, вот так вот люди и попадают в эту зависимость от кредитов, беспроцентных кредитных карт и кто бенефициар этого? Уж точно не мы, простые люди, которым для того, чтобы выжить в этом мире приходится спать по четыре часа.

Кривляюсь, подкрашивая губы карминной помадой и вытекаю из комнаты словно синеватая вязкая лужица, мечтающая обо сне.