Она снова повернулась на северо-запад. Но идти в этом направлении — значило пробираться через разрушенный город. Он чувствовал бы себя спокойнее и увереннее, если бы они направились прямо на запад. Он считал, что в этом направлении развалины должны скоро кончиться.
Но несмотря на нетерпение, Сандер ещё два дня пополнял припасы. С каждым утром становилось всё холоднее. Но таких бурь, какую они пережили раньше, не было. Наконец на пятое утро они выступили. Солнце светило ярко и ощутимо согревало, и они радовались этому теплу.
Как обычно, пеканы убежали вперёд и скоро исчезли среди груд развалин и обломков, оставляя местами ясные следы, чтобы можно было идти за ними. Но Рин оставался с Сандером и девушкой.
Фейни всё время держала в руке подвеску. Время от времени она с такой уверенностью указывала направление, что Сандер принимал её указания без всяких возражений. Он хотел бы внимательнее осмотреть этот овал с его блеском, который он вначале принял за драгоценные камни. Он не сомневался, что Предки могли изготовить настоящий указатель направления, но не сомневался и в том, что тайну его раскрыть не сумеет. Но однажды он спросил:
— Как эта штука говорит с тобой, как она показывает, что нужно идти направо или налево?
— Не знаю. Я вообще мало о ней знаю. Посмотри. — Она поманила его к себе. — Смотри, но не трогай. Не знаю, как на него подействует дух другого человека.
Подвеска была овальной формы, но не плоской, толщиной примерно с первый сустав мизинца. Металл, из которого она была изготовлена, не потускнел. Вероятно, это один из тех сплавов, которые ставят в тупик кузнецов. По краю вделаны камни, с ровными обточенными гранями. Камни разного цвета, всего их двенадцать. Но хоть камни и яркие, всё внимание Сандера привлекло другое. В металле двигалась светлая линия, она постоянно перемещалась.
— Смотри, — сказала Фейни. Она резко повернула влево. Линия на подвеске тоже повернулась, её конец указывал туда же, что и раньше, но теперь упирался уже в другой камень.
— Мой отец, — негромко сказала она, снова поворачиваясь так, что светлая линия касалась того же камня, что и прежде, — знал многое. Кое-чему он сумел научить мою мать, а она позже научила меня. Но он умер, прежде чем я появилась в мире. Это было его величайшее сокровище. Он клялся, что благодаря какому-то волшебству Предков оно может указать дорогу к месту, откуда оно появилось. Чем ближе подходишь, тем ярче становится указательная линия. И это правда, потому что я слежу за ней с самого начала пути. Я знаю, что в том месте, которое мы ищем, сокровищница знаний. Может, Предки догадывались о конце своего мира и подготовили убежище, которое уцелело даже в катастрофе Тёмного Времени.
Сандера поразила светящаяся линия. Правда, что она движется вместе с движениями Фейни. И он мог поверить, что это указатель. Кем же был её отец? Торговец, который случайно наткнулся на сокровища, о которых и не подозревал? Или выходец из Кочевья, Помнящий которой обладал знаниями, каких нет у других?
— Твой отец, он был Торговец?
— Нет. Хотя в Педфорд он пришёл с Торговцами. Он был искатель, но не металлов, а других людей. Не для того, чтобы поработить их, как Акулы, но чтобы узнать, что они сохранили от дней Предков. Он многое записал, но, — вид у Фейни был несчастный, — когда его хоронили, мать положила ему на грудь книгу, в которую он всё записывал. Книгу, которую он сам написал, — на листках коры и обработанной шкуры. Моя мать знала, что это его величайшее сокровище, поэтому его нужно было похоронить с ним, чтобы Потом он мог им воспользоваться, как другой воспользуется своими инструментами. Потому что мой отец говорил, что записанные слова — это самое великое орудие…
Сандер покачал головой. Но это просто глупо. Как можно чёрточки, которые она проводила в пыли веткой, сравнить с орудиями труда или оружием, которым можно защитить свою жизнь?
— Так говорил мой отец! — Фейни гордо подняла голову, будто подслушала мысли Сандера. — Но если его записи лежат с ним, то у меня есть это. Она сжала свою подвеску. — И я думаю, что это лишь малая часть других удивительных вещей.
В этот день Сандер то и дело на ходу через плечо поглядывал на подвеску Фейни. Им приходилось делать обходы, иногда даже возвращаться из-за груд развалин. И каждый раз светящаяся линия поворачивалась, указывая в одном направлении, куда бы они ни двигались.
Сандеру казалось, что конца городу не будет. Откуда появилось столько людей? Сколько им пришлось работать, чтобы возвести такое количество огромных зданий? Сколько нужно было привезти камня? Он всё больше удивлялся.