Он двинулся в Камелот. Послание Модредом жрецов было открытым объявлением войны, и Мерлин не мог этого спустить. Юноша не должен думать, что хоть в чём-то одержал победу, что заставил Мерлина бежать. Теперь Мерлин свободен и все силы использует на то, чтобы заставить Артура выслушать его. Он установил маяк, и теперь дальнейшее от него не зависит.
В дороге он услышал новость о победе короля над саксами. Он с самого начала считал, что это всего лишь незначительная стычка, но даже такая небольшая победа возвысит Модреда во мнении воинов.
В трёхэтажном внутреннем дворце, обнесённом каменной стеной, у Мерлина была своя комнат. Он пришёл туда, задержавшись лишь для того, чтобы приказать слуге принести ему котёл с горячей водой для умывания. Тело и одежда у него просолились от пота.
Стоя посреди своей маленькой комнаты, Мерлин огляделся и почувствовал странное беспокойство: как будто комната ему незнакома. Вот банки с лекарствами, пучки сухих трав, подвешенные к стене, несколько книг на латинском языке. Камни, странная форма которых привлекла его внимание. Никакого богатства, никаких украшений. Кровать — как грубый ящик с суровым полотном постельного белья, ни ковров на стенах, ни шкур. И он вспомнил другие комнаты — прекрасные комнаты своих снов.
Увидит ли он их когда-нибудь наяву? Людям потребуется много времени, чтобы восстановить утраченные знания и построить новые города. Даже если корабли прилетят завтра, пройдёт не одно поколение, прежде чем мир снова расцветёт.
А если небесный народ встретится с такими, как Гилдас? Возможно ли переубедить таких? Можно ли будет работать с ними? Найдётся ли достаточно людей, которые поверят Повелителям Неба и вместе с ними станут строить будущее? Или страх и благоговение перерастут в ужас и невежественные люди отвернутся от предложенного им нового мира?
Артур… Теперь Мерлин знал, почему он должен выиграть бой за Артура. Не потому, что король замечательный военачальник, не знающий равных в своё время и на своей земле, а потому, что он символ, за которым пойдут люди, в которого поверят. Поэтому Артур должен быть подготовлен к приходу со звёзд.
Глава 13
Но Мерлин не попал к Артуру, потому что король пришёл к нему сам. У двери послышался скребущийся звук, будто кто-то собирался прийти с тайными намерениями. Мерлин отдёрнул дверной занавес и увидел короля. Одного.
Но это не был уверенный в себе Артур из пиршественного зала. Будто годы прошли с тех пор, как он предложил Мерлину выпить за Модреда. Левый глаз короля дёргался. Король угрожающе смотрел на Мерлина.
Артур оглянулся, как будто хотел убедиться, что его никто не видел, и резкими шагами вошёл в комнату. Заговорил он почти шёпотом.
— Мне рассказывали о тебе, колдун. Но я не верил этим рассказам. Может, я слишком глуп и предпочёл замкнуть уши, потому что именно ты привёл меня на трон. И об этом я тоже слышал! — Гнев сверкнул в его взгляде, пальцы на рукояти небесного меча сжались.
— Теперь я добьюсь от тебя правды, даже если её придётся извлечь мечом! Я дошёл до того, колдун, что не остановлюсь и перед этим!
— Какой правды ты хочешь, господин король? — спросил Мерлин, тоже негромко. Ясно, что короля настроили против него. И он знал, кто это сделал.
— Я на самом деле сын Утера?
Мерлин быстро принял решение. Он догадывался, какую позорную историю мог рассказать Модред и использовать её как оружие против короля, против Мерлина, против всего дома Пендрагонов.
— Так считал он сам, — медленно сказал Мерлин.
— Значит… — лицо короля побледнело… — значит Моргаза… и я… Модред… — Неожиданно в его взоре блеснуло понимание — Так считал он сам, — повторил Артур.
— Ты странно подбираешь слова, Мерлин. Может ли быть, что он ошибался? Если он ошибался, то кто мой отец? Голорис погиб накануне того дня, когда моя мать разделила ложе с человеком, которого считала своим мужем.
Артур с усилием овладел собой. «Я слышал странную историю, Мерлин. Она способна покрыть меня чёрным стыдом, опозорить хуже, чем предателя Вортигена, отдавшего свой народ под топоры саксов. Ты привёз меня к Эктору. Только ты знаешь правду. Если я на самом деле сын Утера, то собственная похоть осудила меня на изгнание из рядов честных людей. Моя честь погибла, и если я отдам приказ поварёнку на кухне, тот плюнет мне под ноги. Ты говоришь, что Утер считал меня своим сыном. Что это значит? Говорю тебе: я близок к тому, чтобы перерезать себе горло собственным мечом!»