Модред честолюбив, в этом Мерлин уверен. Вряд ли юноша станет вредить самому себе: он слишком хочет стать наследником короля. Если только в будущем появятся признаки беременности королевы, он может решиться на безрассудные действия.
А к тому времени — слегка сгорбленные плечи Мерлина распрямились — Артур будет вооружён. Пусть только он доберётся до зеркала. Правда сделает его неуязвимым для таких интриг.
И вот Артур назначил Модреда правителем на время своего отсутствия и принял все возможные меры, чтобы помешать сговору. Впрочем, Модред казался довольным. Он не замечал присутствия Мерлина, хотя жрец Гилдас гневно поглядывал в сторону Мерлина со своего места рядом с троном Модреда.
Когда они выехали из Камелота, Артур полуобернулся в седле и взглянул на свой дворец. Лицо его было мрачно.
— Не знаю почему, — сказал он ехавшему слева от него Мерлину, — но будущее словно затянулось тучами. Солнце светит ярко, но когда я смотрю назад, там сгущаются тени.
— Нелегко отбросить неуверенность, — ответил Мерлин. — Ты слишком много узнал за короткое время, господин король. Время тоже может стать врагом. Немало в этой земле таких, кто восстанет против любого изменения, даже если оно несёт с собой мир.
— Это я тоже начинаю понимать. Мои сторожевые отряды ждут сигнальных огней. Как будто жалеют о тех временах, когда мы постоянно были в седле, усталые, измученные, голодные, а впереди и сзади нас поджидал враг. Смерть шла рядом, но теперь за пиршественным столом они тоскуют об этих днях, хвалятся битвами, лагерями и походами. Даже во мне разгорается кровь, когда я кладу руку на рукоять Меча. Мы рождены для войны, мы жили войной, а теперь, когда война ушла… мы кажемся себе бесполезными.
Мерлин рассмеялся. «Не только война может занимать умы и руки людей, господин король. Нам ещё предстоит борьба, но не против своих. Подожди, и увидишь. Перед нами такие дела, по сравнению с которыми девять великих битв Британии покажутся играми беззаботных детей.»
— Покажи мне это, Мерлин, и я буду благодарен тебе. Я думаю, что родился лишь для одной цели — для борьбы. И если не саксы — не хочу и думать о новых набегах, — мне нужно что-нибудь достойное.
Артур осмотрел три старые крепости и в каждой оставил отряд с приказом тщательно изучить возможность восстановления крепости и доложить ему, когда он будет возвращаться. И так получилось, что когда они достигли четвёртой крепости — Мерлин знал, что дальше им придётся свернуть в горы, — с Артуром осталось совсем мало людей.
И среди оставшихся не было ни одного знатного лорда. Их всех Артур предусмотрительно оставил изучать крепости. Восемь человек, въехавших в полуразрушенное укрепление, были подобраны из наименее любопытных.
Они лишь повиновались приказам и ни о чём другом не задумывались.
Вечером Артур пожаловался на головную боль. Он почти ничего не ел, и Мерлин предложил ему лечь пораньше.
Только пикту король сказал правду: комната, отведённая для короля, должна тщательно охраняться, а его отсутствие — оставаться тайной. Маленький смуглый человек молча склонил голову.
Ночь была безлунная, но Мерлин не сомневался, что легко отыщет пещеру, как перелётная птица находит через моря дорогу домой. И Артуру прекрасно знакома наука укрытий и засад, он с искусством, выработанным долгой практикой, легко сумел ускользнуть от отряда никем не замеченным. Вместе перебегали они от тени к тени, направляясь в горы.
Мерлин считал, что болезнь короля может затянуться дня на четыре, прежде чем воины отряда забеспокоятся и начнут удивляться, почему не видно ни короля, ни какого-либо вестника с новостями о его здоровье. До пещеры с зеркалом ещё ночь пути, а темнота задержит их. Артур во тьме рассмеялся, как мальчишка.
— Похоже на дни моего детства, — признался он шёпотом, когда они добрались до вершины хребта и лежали на животах, пытаясь рассмотреть местность впереди. — Так мы с Кеем тайком убегали по ночам. Но тогда мы охотились не за тем, за чем охотимся сейчас. Мерлин, если Кей — сын Эктора, значит он тоже принадлежит к древней расе, о которой ты говоришь с таким почтением. Может, он тоже владеет древними секретами?