– Ее тут нет.
– Сматываемся, – сказал Флинн.
– Соседний номер пустой, подождем там. Она может вернуться.
– А этот, внизу? Если его кто-то найдет?
– Об этом подумаем потом, когда его и правда кто-то найдет. Идем.
Они тихо прошли по коридору к двести сорок первому номеру, открыли дверь и вошли. Эдди оставил дверь чуть приоткрытой и встал у нее, а Флинн улегся на кровать.
Минуты едва тянулись. Потом, уже решив было, что зря теряет время, Эдди услышал звуки, которые встревожили его и заставили Флинна соскочить с кровати и тоже шмыгнуть к двери. Мужчины через щель наблюдали за происходящим.
Дверь ровно напротив двести сорок третьего номера медленно приоткрылась. Появившаяся девушка оглядела коридор. Эдди тут же узнал в ней блондинку с улицы. Прежде чем он успел сообразить, что делать, она вышла, закрыла дверь и бросилась в свою комнату. Они услышали, как дверь захлопнулась и в замочной скважине повернулся ключ.
– Эта дамочка? – спросил Флинн, тяжело дыша в шею Эдди.
– Ага.
– Милашка. Что это она вытворяет?
Эдди распахнул дверь и вышел в коридор.
– Не знаю, но постараюсь выяснить. Иди к лестнице.
Флинн ушел.
Эдди подошел к двери напротив и повернул ручку. Дверь открылась. Он шагнул в темноту, прислушался: ничего. Он вошел в комнату.
Эдди включил свет, и у него перехватило дыхание. На полу лежал низенький толстяк, кровь струилась у него из раны на голове. Его застрелили. Эдди не понадобилось подходить ближе, чтобы понять: он мертв.
Ма Гриссон впала в мрачную задумчивость. Выражение ее лица ясно говорило Доку Уильямсу, что сейчас ее беспокоить не стоит. Док раскладывал пасьянс, то и дело поглядывая на Ма и гадая, что же у нее на уме. Через некоторое время ее неподвижность начала действовать ему на нервы, и он отложил карты.
– Тебя что-то тревожит, Ма? – осторожно спросил он.
– Вернись к картам и отстань от меня.
Док пожал плечами, встал и прошел к входной двери, открыл ее и шагнул в залитую лунным светом темноту. Он зажег сигару и уселся на верхней ступеньке.
Вдруг Ма вскочила, словно приняв наконец какое-то решение. Она подошла к буфету и достала резиновый шланг.
Док обернулся на звук ее шагов. Он увидел, как она поднимается по лестнице со шлангом в руках, и подумал: «Интересно, куда это она?»
Ма Гриссон направлялась к передней комнате, она отперла дверь и вошла. Это было маленькое помещение с заколоченным окном. Из всей обстановки здесь имелись только стул, небольшой столик, зеркало на стене, да на полу у кровати лежал грязный облезлый ковер.
Ма захлопнула дверь и посмотрела на мисс Блэндиш, которая сидела на кровати, глаза ее были полны ужаса. Вместо ночной сорочки на ней была комбинация. Ма присела на кровать, и пружины заскрипели под ее тяжестью.
– Хочу поговорить с тобой. Тебя когда-нибудь били такой штукой?
Она показала шланг.
Мисс Блэндиш помотала головой. Она только что очнулась от тяжелого сна, и этот визит казался его продолжением – кошмаром, который длится и длится.
– Это больно, – сказала старуха и ударила мисс Блэндиш по колену.
Одеяло смягчило удар, но не полностью. Девушка застыла. Она словно сразу проснулась и подобралась, сжала кулаки, глаза сердито блестели.
– Не смейте меня трогать! – выдохнула она.
Ма Гриссон осклабилась. Крупные зубы, какие-то волчьи, придавали ей странное сходство с сыном.
– А иначе – что?
Она схватила оба запястья мисс Блэндиш огромной ручищей и ухмылялась, пока девушка безуспешно пыталась освободиться.
– Не обманывай себя, – сказала Ма. – Может, я и старая, но куда сильнее тебя. А теперь надо сбить с тебя спесь – потом поговорим.
Внизу Док, все еще сидевший на лестнице, увидел, как Воппи вылезает из «бьюика».
– Эдди вернулся? – спросил Воппи.
– Нет. А что?
Воппи оттолкнул Дока, прошел в гостиную. Док последовал за ним. Воппи взял бутылку, на свет оценил ее содержимое и с досадой швырнул через всю комнату.
– Здесь что, вообще выпивки не осталось?
Док подошел к буфету и открыл еще бутылку виски.
– Что с Эдди? – спросил он, наливая две порции.
– Понятия не имею. – Воппи взял стакан. – Мы приехали в отель, они с Флинном вошли. Я болтался вокруг, а потом заметил двух копов. Я уехал, обогнул квартал, а когда вернулся, услышал пальбу. Начали подтягиваться еще копы, и я дал деру.
– Похоже, Эдди капитально влип.
Воппи пожал плечами и осушил стакан.
– Он о себе позаботится. – Воппи помолчал, склонив голову набок. – А это что такое?