Он снова увидел, что она запаниковала, но встал, подошел к двери амбара и широко раскрыл ее. Снаружи стоял «олдсмобиль». Вокруг никого не было видно.
– Давайте, идем.
Он открыл дверцу машины и оставил ее открытой, а сам сел за руль и стал ждать. Через несколько минут мисс Блэндиш медленно и осторожно вышла. Феннер не смотрел на нее. Она подошла и села в машину, захлопнув за собой дверцу.
Феннер поехал по неровной тропке к грунтовой дороге. Мисс Блэндиш сидела, глядя перед собой огромными пустыми глазами.
До гостиницы в Пайн-Хилле они ехали больше сорока минут. Феннер, который знал гостиницу, подъехал к черному ходу. Вокруг никого не было. Он остановился и вышел.
– Подождите здесь, я быстро.
Он вошел в холл, где ждал офицер медицинской службы.
– Номер восемьсот шестьдесят, – сказал он, отдавая Феннеру ключ. – На верхнем этаже. Медсестра принесла для нее одежду. Как она?
Феннер пожал плечами:
– Почти не говорит. Нервная, но, кажется, меня не боится. Отойдите пока, док, я отведу ее наверх.
– Может, уговорите ее на осмотр? Важно сделать это как можно скорее.
– Ладно, посмотрим.
Феннер вернулся к машине.
Мисс Блэндиш сидела неподвижно, глядя на свои руки. Она резко подняла голову, когда Феннер подошел.
– Все готово, – сказал он. – Вас никто не побеспокоит.
Она поднялась, и вместе они направились к гостинице и вошли в лифт.
Когда они остановились на верхнем этаже, она вдруг спросила:
– Я слышала стрельбу. Он же мертв, верно?
Феннер ошарашенно подтвердил:
– Да. Не думайте о нем больше. Все позади.
Они оба молчали. Он провел ее по пустому коридору в номер, отпер дверь и отошел. Она вошла в комнату. Медик постарался: в комнате было много цветов, стояла тележка с едой и напитками. Окна были открыты, и солнце чертило узоры на голубом ковре.
Мисс Блэндиш медленно подошла к большой вазе с розами. Она остановилась, касаясь темно-алых бутонов. Феннер закрыл дверь.
– Доктор Хит хотел бы встретиться с вами. Не возражаете?
Она посмотрела на него. Он почувствовал облегчение, не заметив паники в ее взгляде.
– Я пока не хочу никого видеть. Он ничем не сможет помочь мне.
– Знаете, что бы я сделал на вашем месте? – тихо сказал Феннер. – Принял бы душ и переоделся. В шкафу есть одежда. – Он открыл шкаф, достал то, что принесла медсестра, и протянул ей. – Вы примите душ, а я подожду здесь и прослежу, чтобы никто вас не побеспокоил. Ладно?
Она вопросительно посмотрела на него:
– Вы всегда так обращаетесь с людьми?
– Не часто. – Феннер улыбнулся. – Идите.
Она вошла в ванную и заперла дверь.
Покачав головой, Феннер подошел к окну и посмотрел на дорогу. Машины казались игрушечными. Прямо у входа в гостиницу стояли несколько мужчин с фотоаппаратами со вспышками и спорили с тремя полицейскими, охранявшими вход. Значит, информация все же просочилась. Все, теперь жди беды, вскоре городок будет кишеть газетчиками.
Он отвернулся от окна и прошел к двери, выглянул в коридор. У лестницы стояли трое полицейских. Бреннан сказал, что убережет девушку от прессы, – он исполнял обещанное, но Феннер знал, что рано или поздно, когда ее заберут из гостиницы, журналисты набросятся на нее, как стая шакалов.
Четверть часа спустя дверь ванной открылась, и вышла мисс Блэндиш. Она переоделась в принесенное медсестрой платье в цветочек – оно ей было к лицу.
Феннер подумал, что в жизни не видел такой красивой девушки.
– Ну как, теперь вам получше? – спросил он.
Прежде чем он смог остановить ее, она подошла к окну и выглянула, потом резко подалась назад и повернулась к нему. Глаза ее горели.
– Все хорошо, – успокаивающе сказал он. – Не бойтесь, они сюда не пройдут. Присядьте, расслабьтесь. Может, хотите перекусить?
– Нет.
Она села и закрыла руками лицо.
Он смотрел на нее. Неловкая пауза затянулась, но потом она произнесла:
– Я не знаю, что мне делать дальше. – Голос ее был полон отчаяния.
– Не думайте об этом сейчас, – мягко сказал Феннер. – Вот увидите, все образуется. Первые три-четыре дня будет трудно, но потом про вас забудут. Прямо сейчас о том, что с вами произошло, говорят все, а потом даже вы сами об этом забудете. Вы молоды. У вас многое впереди.