- Школьный материал ты видишь…
- Потому что эти знания объективны, учителя невольно говорят правду, когда преподают.
Ну, интересно, он сам догадается, почему меня увидел?
- А тебя я вижу потому, что ты просто хочешь быть рядом и искренна в этом?
- В десятку!
Я не вижу лжи.
Абсолютно!
Моя феноменальная способность видеть обман обернулась для меня бедой. Потому что врут все. Без исключения.
Человек выходит из подъезда в весёлом расположение духа и тут же надевает маску серьёзности.
Ложь!
Мамаша ругает своего ребёнка, срывая на него своё раздражение, как бы воспитывая его.
Ложь!
Парень играет во дворе на гитаре, привлекая на себя внимание, а сам говорит, что это способ самовыражения.
Ложь!
И этот механизм «детектора лжи» исказил моё восприятие, делая источников неправды просто фоном. Зачем видеть того, чего на самом деле нет? Нельзя взаимодействовать с несуществующим. Дьявольская логика.
Таня нашла «ключ». Но этот «ключ» оказался слишком тяжел для меня. Слишком страшным откровением стало понимание моей «слепоты». Это шокировало меня и полностью выбило из колеи.
Я не мог нормально смотреть на этот мир.
Ведь как можно увидеть правду, если совершенно не видишь лжи. Если правда - это часть неправды, то как можно увидеть одно без другого? Что с чем сравнивать?
Так и получилось, что в одиннадцать лет я «полностью ослеп». Хорошо хоть, что я не профессор каких-нибудь наук, а то бы я и учиться не смог. Хотя, если бы я был профессором, то это бы означало, что я уже отучился.
Танька не признавала моего уныния и постоянно «выдёргивала» меня в людные места.
Площади.
Концерты.
Очереди.
Толпы.
Театры.
Публика.
- Смотри, - говорила она. – Просто думай, что ты сейчас увидишь неправду. Приготовься к тому, что тебе будут лгать. Это тебе поможет, вот увидишь.
Слова «вот увидишь» были для меня крестом. Ничего не получалось. Всё оставалось без изменений. Фотография нашего класса так и была пустой, фильмы по телевизору превращались в сплошной полумрак. Мы заметили, что даже учебники по истории оказались для меня на половину «чисты».
Сплошь одни неудачи.
- Смотри, будто тебя уже обманули. Это всё неправда, - говорила она, включая новости по телевизору, затем переключая на развлекательные и познавательные программы.
И снова ноль. Снова пустота. Я так и оставался одинок.
Решение было найдено где-то через неделю.
- Куда сегодня пойдём? – без особого энтузиазма спросил я.
- Не пойдём, а поедем! Увидишь, – сказала Таня тоном заговорщика.
После школы мы не пошли гулять, а зашли ко мне. У меня мы вспомнили случай с фотографией, сошлись на том, что произошла какая-то путаница, плотно пообедали, отдохнули и двинулись в путь.
Местом назначения оказалась городская онкологическая больница.
- Точно, - наконец дошло до меня, – Там людям уже не надо врать!
- Именно, Никит. Только сними эти очки, а то ты как-то уж совсем «парадно» выглядишь.
Мы вошли в больницу без особого труда. Контрольно-пропускной пункт был всего лишь фикцией. Сдав вещи в гардероб, мы направились брать штурмом больничные палаты.
Приступив к этому занятию с воодушевлением, я быстро приуныл. В больнице оказалось так же пусто, как и на улице. Как Танька призналась, она специально выбрала время ближе к вечеру – когда нет беготни по больнице, а время посещения ещё не вышло.
Прошло полчаса поиска, час, полтора. И вот мы совсем было пали духом, как вдруг я увидел человека в белом халате. Он стоял возле стойки с надписью «администрация» и что-то насвистывал себе под нос.
- Извините, - подбежал я к нему. Как мне показалось, он был дежурным врачом, – Извините, вы понимаете, у нас тут одна проблемка…
- Молодой человек – это онкологическая больница. И если вы не наш пациент, то поверьте, у вас нет проблем!