Взглянул на время – почти полночь. Решил, что примет ванную и ляжет в постель.
Закончив с приготовлением, погрузился в воду и откинулся головой на спинку. Понял, что даже не взглянул, что написал. Может целый роман, подумал Ди. Улыбнулся и закрыл глаза, чувствуя как расслабляется тело от горячей воды.
Не понимая сколько прошло времени, открыл заплывшие глаза и попытался сфокусировать взгляд на стрелках часов.
– Без четверти два. Еще немного и точно встану.
Дремоту оборвал щелкающий треск. Звук доносился снаружи ванной комнаты. Ди сконцентрировался и стал вслушиваться.
Щелк, щелк, щелк. Звон.
Без того расслабленное тело – онемело. Ди слышал печатную машинку. Слышал, как чьими-то пальцами тыкают по клавишам. Постепенно в голову начали закрадываться мысли, объяснения смешивались друг с другом. Страх залил глотку, руки сжались в кулаки и затряслись.
Он не знал, как преодолеть накатившее отчаяние и ужас. Предпринял несколько попыток встать и выйти, но издаваемый щелчок клавиш все глубже погружал в воду.
Удалось собраться с силами и встать только из-за еще больше страшной мысли. Что если все, что он сегодня написал исчезнет. Призрачные пальцы разорвут в клочья бумагу со словами, которые не выходили из него эти пол года.
Потной рукой Ди повернул ручку ванной комнаты и затаил дыхание. Стало тихо, звук печатной машинки остановился. Выглянув за дверь, он ничего не обнаружил. Темнота маленькой кухни, коридор с немногочисленной обувью. Завернувшись в полотенце, аккуратным шагом дошел до комнаты и осмотрелся. Все стояло на своих местах: незаправленная кровать со скомканной простыней, подушка валяется на полу; сушилка с вещами; старый телевизор с торчащими будто рогами антенной; столик с печатной машинкой.
Подбирая подушку, Ди двинулся к столику. Он не помнил в каком положении оставил стул, начал осматриваться снова по сторонам. Страх посмотреть на бумагу и не обнаружить там ничего, или же обнаружить то, о чем он думать не хотел, пересиливал взяться за дело. Взгляд упал на валик машинки, быстрым движением глаз он увидел, что набранный ранее текст остался. Несмотря на слова, потянул за рычаг балансировки бумаги, отпустил прижимную планку. Аккуратно начал крутить валик, осторожным движением вытащил листы и начал бегать глазами по тексту. Дошел до конца и сглотнул. В самом центре страницы было три слова:
Продолжай.Писать.Дальше.
Ноги подкосились, Ди рухнул на стул не в силах удержаться.
5.
Что побуждает нас совершать те или иные поступки? Утренний разговор с коллегой или невидимый пристальный взгляд. Чувство собственной ничтожности, тотальная невозможность реализовать себя или все дело в самоуверенности, что ты можешь сделать лучше других, да вот просто времени не находишь, а сейчас вдруг нашел, когда отчаяние захватило тебя. Эмоции, в чьей власти мы находимся – стыд, страсть,, злость или все сразу. Рессинтимент? Чего стоят старания, если ты не находишь в них отклика окружающих. Делать это все только для себя? Зачем в таком случае пачкать бумагу, если можно перебрать все в голове: придумать сотни сюжетов, тысячи развязок и неожиданных поворотов. Представить себя великим и реализованным в выдуманном мире.
Сидя у печатной машинки, Ди не находил ответов, а только все новые и новые вопросы.
Он так долго ждал в себе эту возможность начать писать. Предпринимал так много попыток: купил себе чертову машинку, чтобы чувствовать себя “крутым” писателем, перестал выходить на улицу, отгородился от близких, переехал в маленькую квартиру и устроился на дренную работу, лишь бы находиться там как можно меньше времени и оплачивать базовые счета. И спустя столько времени сегодня он писал.
– Так какого черта мне есть дело, кто направляет мою руку? Хочешь продолжения, урод? Тогда устраивайся поудобнее.
Ди осмотрелся и взглянул на темный угол комнаты. Тьма неестественно задрожала, он почувствовал на себе взгляд. Сел поудобнее, ощутил прилив сил и начал печатать.
II.
Мэгги закончила с последними приготовления и окликнула Эллисон идти к столу. Завороженная раскладыванием спаржи, позвала дочь еще раз.
– И для кого я стараюсь, спросите меня на милость. А ну-ка живу к столу, чертовка.
Последние слова Мэгги произнесла во все горло. Обойдя стол, двинулась по лестнице к комнате Эллисон. Дернула ручку, но та оказалась закрыта. Выругавшись, начала толкать и опираться на дверь всем весом. Собралась со всеми силами, отворила дверь и влетела в комнату. Внутри оказалось прохладно и темно. Пробежав глазами по детской, Мэгги увидела открытое окно и привязанную к ножке кровати веревку, сотканную из простыней.