Но меня, как Малуша, новость тронула очень близко. И кулаки сжались, задрожали в желании схватить оружие и бежать защищать родной край. Правы или не правы броссы в этой войне, вообще не имело сути.
Отец-Небо и об этом говорил. «Слушай своё сердце».
Морката засмеялась. Она явно была удовлетворена тем, что увидела в моей душе.
— Ты был прав, когда хвалился мне своими народами. Ты говорил, что из их крови нельзя выжечь пламя, что именно броссам уготовано остановить Вечную Ночь.
Я промолчал. Вот и северная богиня подтвердила, что Хморок, хоть и бог мрака, совершенно не горит желанием погружать весь мир во Тьму.
— Мы оба знаем, что тогда этого мира не станет. Чем тогда повелевать? Что это за боги, которые лишены своих миров?
Я кивнул. Логично.
Впрочем, я знал двух таких богов. Бездна, которая сгубила не один мир. И Небо, которое пытается везде её остановить…
— Это ведь Яриус захотел Вечного Дня, помнишь? Его паладины теперь всюду, и неудивительно, что ты появился на юге — там безопаснее. Лезвие Губителя исчезло из твоего храма, ты знаешь?
— Эээ… — вырвалось у меня.
— Я вижу, что один камень с лезвия ты уже нашёл.
Ох, не люблю я такие разговоры… Ну же, тугодумный варвар, думай давай, что ты уже нашёл⁈
Морката молчала. Две луны висели надо мной, чуть не исчезая за вьюгой, и воющий ветер словно насмехался надо мной.
Я нашёл один камень… А где? Ничего я не находил, это знаю точно. Но если богиня, при этом ещё и моя жена, говорит, что у меня уже что-то есть, то оно у меня точно есть. Жёны разбираются в таких делах даже лучше мужей…
Одна мысль билась в уголке сознания, и я, привыкший доверять интуиции, обратил на неё внимание. И сразу вспомнил про сумасшедшего послушника, который сидел со мной в темнице.
Он говорил про что-то, спрятанное под маяком. Честно признать, я сначала подумал про Агату, но теперь…
— Да, тебе явно достались его мозги. Быть может, ты и вернёшься, муж мой.
— Я… — от догадки меня окатило холодом, хотя куда ж ещё, — … не первый Хморок⁈ То есть, он уже пытался вернуться?
— И каждый раз Яриус настигал тебя. Никто не хочет пришествия Вечной Ночи.
— Но ведь настоящая опасность от другой богини. Бездна! Когда она придёт…
— Я знаю. И ты знаешь. Но кто будет слушать тёмных северных богов? Тем более твой брат Яриус — ему понравилось быть самым сильным, его не волнует, что равновесия нет.
Я медленно выдохнул. Брат, оказывается. Имя этого светлого бога почему-то очень меня раздражало, злость поднималась из самых глубин души. Не моя злость, а Хморока.
Обман. Несправедливость. Обида. Именно такой букет эмоций…
— А второй камень? — спросил я.
— Спрятан в монастыре моих Мстителей, — тут в голосе Моркаты появилось чувство вины, — Я не знала, что ты придёшь в теле лиственника!
— Разберёмся, — буркнул я.
— Камни укажут тебе путь к лезвию. Сумрак у тебя уже есть… Снова с белой грудкой, как и раньше.
— Что? С белой…
Морката не слушала, она говорила всё быстрее, словно торопилась.
— Соберёшь Губителя Древа, и тогда очнёшься окончательно, муж мой. Не задерживайся на юге, Хморок… Твой дом — север! Мы ждём тебя.
— Морката! — закричал я, сделав шаг вперёд и вскидывая руку.
У меня осталась куча вопросов. Но поднялась лютая метель, порыв ветра сбил меня с ног, закидывая снегом. Луны сразу исчезли за плотной белой стеной…
Морката ушла, я чувствовал это всеми фибрами души. А ещё я чувствовал, что Агата нашла мой источник, и он начал меня отогревать.
Спустя пару секунд вернулись ощущения разгорячённого тела. Руки почувствовали женскую спину, губы почувствовали нежную шею…
Я возвращался в мир живых.
Раньше, делая первые шаги по Тёмному Пути, я пытался облекать все свои магические навыки во что-то, привычное воину. Я обладал богатым воображением, и такие мысленные костыли очень помогали ускорить восхождение в Тёмные Жрецы.
Маги всё усложняли. Они сравнивали инициацию источника с открытием какого-то третьего глаза, с насыщением чакры, с поиском астрального «Я».
Мне было сложно это представить… Тогда я вспомнил, как нас обучали армейские наставники на занятиях по оружейному бою, когда я ещё служил Императору.
«Твой меч — продолжение руки. Бить должен не ты, а твоя рука. Реагировать должен не ты, а твоё тело».
Сначала это звучало, как бред…
«Сейчас для вас удар мечом — просто удар. Потом, когда вы изучите приёмы, это будет не просто удар», — говорили наставники, — «Но потом, когда вы овладеете навыком… Удар мечом снова станет для вас просто ударом».