Вот только моей ненаглядной Агаты я пока нигде не видел…
Замёрзшие пока не спешили атаковать, и я, удобнее перехватив топор Огнезима, спокойно прошёл к центру. Поднялся на плиту, надеясь, что там будет решётка — быть может, Агата в яме? Нет, это просто громадный плоский камень.
Я повёл ногой, расчищая иней. Тут были начертаны какие-то символы, но все они оказались отколоты и поцарапаны. А, видимо, это тот самый древний алтарь Моркаты, через который сюда перенеслась пайнская дева, и который прислужники Храма сломали.
Даже интересно было бы глянуть на мысли этих еретиков, когда они уничтожали алтарь Моркаты — богини, которой сами же и поклонялись. У них с логикой-то всё в порядке?
Усмехнувшись, я покрутился, пытаясь рассмотреть пещеру получше. Ну и где моя Агата?
Замёрзшие пока не атаковали, и я подумал, что пайнская дева как-то же прошла мимо них… Но при этом встретила Агату.
Тут до меня дошло, и я выругался. Ведь после вторжения пайнки могли не только алтарь поломать, но и перепрятать Агату! Хотя стражи ясно сказали, что она здесь…
— Агата, — прошептал я, потом добавил громче, — Агата!
И гулко стукнул концом древка по плите. Реакция Замёрзших, которые завопили потусторонними стонами, меня не особо интересовала… Хотя они особо никак и не реагировали. Всё так же молча стояли и смотрели.
Кутень чуть склонил голову, прислушиваясь. И передал мне едва слышимый голос.
— Бросс…
Мы оба опустили головы, глядя на толстую плиту, на которой стояли. Агата была под ней.
Да ну смердящий свет! Как пайнка её расслышала-то?
— Зачем ты пришёл⁈ — Агату едва было слышно, но она явно была недовольна.
— Тебя не спросил, — буркнул я.
Спрыгнув, я снова с интересом осмотрелся. Замёрзшие стояли, буквально пожирая меня взглядами, но пока никак не срывались. А если так?
Я наклонился, уперевшись в плиту и собираясь её сдвинуть…
Хоть это было и нереально, но вот тут-то началось самое интересное. Замёрзшие сразу же сорвались с выступов, полетев ко мне самыми сгустками холода.
И это до боли напомнило мне последнее сражение с Тёмными Жрецами, вот только сейчас я не умел превращаться в стихию.
— Ух, дежавю-то какое! — вырвалось у меня, когда я отскочил.
Там, где я только что стоял, пронёсся Замёрзший. Прикрывшись огненным щитом, я даже сквозь него почувствовал, насколько холодная эта тварь!
Следующий чуть не влетел мне в спину, но я, увернувшись, попытался рассечь его топором — и заорал, когда древко обожгло мне ладони лютым морозом. А лезвие, мгновенно покрывшееся инеем, прошло сквозь ледяной вихрь, не причинив ему никакого вреда.
Кутень тоже отпрыгнул от атаки следующего, и тело цербера тоже подёрнулось снежной дымкой — Замёрзшие действовали даже на исчадие Тьмы.
Сформировав огненное щупальце, я попытался ударить им ближайшего Замёрзшего, но мой же огонь рассыпался инеем. Сожри меня Бездна!
Я едва не споткнулся, до того деревянным стало моё коченеющее тело. Пошатываясь, огляделся.
Стражи пещеры закружились вокруг нас, словно вороньё, чующее слабеющих раненых. Вокруг всё стало трещать, охлаждаясь ещё сильнее, и даже воздух сгустился от крепчающего мороза. Я окутался щитом, уплотняя его, но это не сильно помогало — пламя «огненного яйца» трепетало всё медленнее и медленнее, буквально замораживаясь от дыхания Ледяных Упырей.
Цербер завыл — изо рта кромешного пса, замерцавшего звёздочками инея, вылетел пар. Такого я ещё никогда не видел…
— Кутень, уходи, — прошептал я.
— Сам-сам-сам! — протявкал тот.
Но он уловил мою строгую мысль и, рыкнув напоследок на кружащуюся морозную смерть, нырнул в портал.
Замёрзшие впервые издали звук, и это был хохот. Ледяной, насмешливый…
— Мы ещё посмо… трим… — попытался сказать я, но мои губы замёрзли, и я продолжил мысленно, — «кто смеётся последним».
Мысли, правда, тоже были уже вялые, и я заворожённо смотрел, как покрываются инеем мои пальцы.
Эх, Червонного Кольца у меня уже нет, и устроить взрыв бросского огня я никак не могу. Ну, а что ещё может победить чистую стихию холода? Ведь эти Замёрзшие Души, застывшие на самой грани перехода, были практически Вечным Холодом.
Но я из последних сил вытянул трескающиеся губы в ухмылке, потому что у бросса уже был готов план. Просто сейчас очень хороший повод продолжить ту самую тренировку, лучше условий и не придумаешь. Так что смотри, Креона, тебе ещё мне долг отдавать!
Опасно ли это? Да.