— К счастью для тебя, броссов тут немало, — неожиданно сказала Агата, — С тех пор, как в Бросских Горах начались неспокойные времена, и знахарь Волх стал сеять свою ересь жестокими методами, оттуда бежали многие. А некоторые целыми семьями.
— Вот как, — хмыкнул я, мило улыбнувшись самому себе в зеркале. Креона вздрогнула, Виол округлил глаза, а Лука чуть не подавился.
То-то я смотрю, Агата слегка охладела ко мне. Ну ничего, пара дней, и моя мордашка снова станет привлекательной. Надеюсь.
— Это, кстати, одна из причин, почему я отправилась сначала в Бросские Горы, в Калёный Щит, — сказала Агата, — Именно там я выяснила про Левона, советника царя Нереуса…
— Странно, что Волх отпустил тебя.
— Я тоже так подумала… Но если учесть, что в то время Совет Камня уже был в сговоре с Темными Жрецами, то Волху нечего было бояться меня.
— Это всё прекрасно, — буркнул Виол, — Но наш бросс что, пойдёт в Хладоград голышом? Или в этой же броне?
Я сгрёб ворох хламид и одежд, которые оказались не нужны, и улыбнулся Креоне и Агате.
— Что? — те переглянулись.
Агата возмутилась:
— Погоди, бросс… кхм… Малуш! То есть, ты думаешь, что если я — женщина, то я умею шить⁈
— Вот да, — кивнула Креона.
Я лишь пожал плечами и стал стягивать доспех.
— Ну, тогда отправляйтесь в Хладоград, а я здесь пережду, пока по округе рыщут царские войска…
Надо было слышать недовольное рычание Агаты. Креона в этом от матери отличалась или, видимо, уже привыкла к моему лидерству — она, скривившись, всё-таки взяла один из тулупов и стала кроить.
В этот момент Кутень, дежуривший на улице, прислал мне тревожные вести. Вокруг и вправду рыскали какие-то отряды, и у них на цепях были причудливые псы — чем-то напоминали тех самых морозных, только были гораздо меньше.
— Это царские морзые, — выругалась Агата, услышав меня, — Моркатова стужь!
— Кто? — удивился Виол, — Морзые⁈
— Да, это наша северная порода. У нас, знаешь ли, издревле были стычки и между Хладоградом и Храмом Холода, которые не очень хотел подчиняться короне. Тяжёлые были времена… Однажды случилась кровавая бойня в древнем Хладограде — храмовые маги ворвались в город и убили послушников, перешедших на сторону царя.
— Видит Маюн, я слышал эту историю, — кивнул Виол.
— Запоздавшая дружина тогда пустилась вслед за убийцами, но те легко скрылись в заснеженных лесах. После того случая царь приказал во что бы то ни стало, но вывести породу, или приручить такого зверя, который бы чуял магов холода.
Я скосил глаза наверх.
— Хм-м… А магов холода, скрывшихся в заимке, они почуют?
— Не должны. Я хорошо скрыла наши следы. Мы давно научились обманывать царских морзых, и даже часто соревновались в этом.
— Или царю было выгодно, чтобы вы так думали, — сказал я, улыбнувшись уверенной Агате, ведь видения Кутеня показывали мне обратное. Белоснежные псы, мерцающие ледяной магией и подгоняемые всадниками, неслись через лес как раз по нашему следу. И снежная целина, по которой они неслись, совершенно их не обманывала.
Всадников было много, и наверняка у них была какая-то связь с другими патрулями. Если они нас найдут, то нам выбраться из Северной Троецарии будет сложновато.
— Ладно, сидите, скоро будем, — сказал я, поднимаясь, — Агата, Креона, даже не думайте применять свою магию для маскировки.
Я кивнул Виолу, и тот поднялся вслед за мной. Пока мы выходили, я услышал, как Агата, волнуясь, спросила у Креоны:
— Дочь моя, ты что же делаешь? Все магические контуры уже перенапрягла. Тебе давно пора поднимать ранг!
— Да знаю я, мама.
Виол сразу сказал, что погоню надо как-то увести. Если мы их перебьём в этом месте, то получится лишь, что сюда придёт в три раза больше воинов. Можно подумать, я этого не знал.
— Нет, Виол, ты не поведёшь их, — я покачал головой, — Накрой избу своей магией. И если до рассвета не вернёмся с Кутенем, идите в Хладоград. Там переждёте, потом выбирайтесь туда, куда ты посчитаешь безопасным.
— Было бы в Троецарии такое место, — проворчал тот.
Я кивнул ему напоследок и, перехватив топор, позвал цербера, чтобы оседлать его. Правда, едва я запрыгнул на Кутеня, обрётшего материальность, как даже через доспех взвыли мои обожжённые ляжки… Уф-ф, бросская кровь сразу же закипела от близости тёмного существа.
— Давай, Кутень! — рявкнул я, схватив его за холку.