Она поморщилась.
— Не особо умело, конечно. Но всё же я горда, что смогла научить даже смертного.
— Он мёртв, — вдруг сказал я.
Вьюжара только пожала плечами. Мол, он же смертный… Эх, а я надеялся вдруг получить могучего союзника. Вот же я вестник наивности!
— Так что ты всё-таки сделала? — прищурившись, спросил я, — Как ты вдруг овладела ещё и магией огня?
Бессмертная рассмеялась.
— Овладела? Я и есть стихия, я её дух… Я и Вьюга, я и Жара!
Она вдруг исчезла, превратившись в позёмку, и этот ветер полетел ко мне. Меня обожгло лютым холодом, но метель тут же превратилась в девушку, теперь уже вполне нормального роста.
Ну как нормального… Для бросса — да, а бард бы ей в грудь уткнулся. Хотя, зная Виола, уверен, он был бы этому только рад.
— Я чувствую в тебе азарт, смертный.
— Малуш, госпожа Вьюжара. Меня зовут Малуш.
Девушка словно и не заметила этого, лишь обходила вокруг меня, водя по доспеху ногтем, оставляющим морозный след на чёрной броне жука.
— Ты желаешь знать. Ты желаешь владеть. Даже несмотря на то, что ты лишь игрушка в руках богов, ты всё ещё горишь желанием, и ты… — она вдруг принюхалась, — Странно, от тебя пахнет, как от Огнезима. Помнится, он был влюблён в одну девушку…
Я удивился её проницательности.
— Агата?
Та лишь поморщилась, продолжая изучать мой запах.
— У неё есть дочь. Это дочь Огнезима, которая унаследовала его силу.
— Креона⁈
— Мне не интересны ваши имена, смертный!
— Но Огнезима ты, значит, запомнила? А бросса Малуша запомнить не можешь?
Вьюжара возмущённо открыла было рот, потом захлопнула. Я тут же улыбнулся — есть первая победа, пробил я её бессмертное хладнокровие.
— Ах, да, бросс… Я и забыла о вашем упрямстве. Как и о том, что вы предпочитаете решать всё силой, а не мозгами.
— Так, давай уже перейдём к делу.
— У тебя есть дело ко мне, смертный? Ты же сказал, что тебя здесь ничего не держит.
Тут уже я, открыв рот, сразу же его и закрыл. Да, хитрость, как говорится, не удалась.
— Хорошо, я тебе открою тот же секрет, что познал Огнезим, — Вьюжара приблизила лицо, — Но ты же понимаешь, смертный, что ничего не бывает просто так?
Глава 17
Ничего не бывает в этом мире просто так. Уж кому, как не мне, бывшему Тёмному Жрецу, знать об этом. Но когда я услышал, что хочет Вьюжара, мне даже стало слегка обидно за могучего Холодрага.
У того желание было связано с Вьюжарой, а вот хозяйка горы ни словом не обмолвилась о водяном драконе, сразу заявив:
— Мне нужно ожерелье царицы Хладограда.
— Эээ… — я прищурился, — Чьё? Я не ослышался?
Вьюжара, обернувшись позёмкой, улетела от меня и вновь возникла на троне. Положила ногу на ногу и откинулась на спинку.
— Нет, ты не ослышался.
Я открыл было рот, но странным образом губы хозяйки горы задвигались в унисон с моими.
— «Почему ты не можешь его достать сама? Почему не можешь создать подобное?»
Это я спросил или она сама сказала? А Вьюжара, заметив моё смятение, рассмеялась.
— Глупые смертные, вы всё меряете своими мирскими рамками. Я могу создать себе тысячи прекрасных ожерелий, — она махнула рукой, и пол вокруг меня засверкал россыпью украшений, — Но если я хочу именно то сапфировое ожерелье, которое носит на себе царица Хладоградская, значит, на то есть причины!
— Оно было твоим… — вдруг дошло до меня, и улыбка исчезла с лица Вьюжары.
Дальше я насмехаться над ней не стал, но другого объяснения не было. Духи стихий по сути — полубоги. И здесь, в обычном мире даже имеют больше возможностей, чем настоящие боги.
Чтобы ходить среди людей, превратившись в таких же смертных, им не нужно тратить божественный предел. Они — часть этого мира, и сила их крепко у нему привязана.
Но если Вьюжара сама когда-то отдала это ожерелье взамен за какую-то услугу, то отобрать его она не может. Как ни странно, нарушить своё слово могучие существа не могут, ведь их сила зиждется на их собственной воле.
Нет, конечно, и боги, и духи стихий могут обманывать смертных. Такое происходит сплошь и рядом… Но если Вьюжара честно подарила его, а теперь хочет ожерелье обратно, то она противится своему же собственному решению.
И единственная лазейка для бессмертных, как ни странно, это помощь обычных людей. Если я сам, по своей воле, своими собственными силами, достану это ожерелье — куплю, украду или отвоюю в бою — а потом отдам Вьюжаре, то она сможет обойти собственный запрет.