Я не ответил. Вместо этого уселся на кровать, прикрыл глаза и «разбудил» бросскую кровь… По всему телу вспыхнул знакомый уже жар.
— Ты… ты что творишь⁈ Тупой бросс, ты вообще понимаешь, что я сделала? Я только что усыпила все защитные артефакты вокруг, а ты…
Вместо этого я поднял руку. Смердящий свет, вот же вестница нетерпения, она может помолчать хоть секунду?
Огненный вал бросской ярости прокатился по венам, выжигая весь яд, и я сразу открыл глаза. Шпионка, прикусив губу, усмехнулась и снова уселась за стол.
— Я и забыла, что бросская кровь так может, и это не магия. Ловко ты это…
— Что это был за яд?
— Смертельный, но когда бы ты мне помог, я дала бы тебе противоядие.
— Теперь тебе надо придумать основание, почему я не должен тебя убить.
— Ты что, не понял, что здесь нельзя колдо… — она закрыла рот на полуслове, по моим глазам поняв, что я не шучу.
Да, этот хмурый бросс вполне мог снова начать драку. И пусть тут хоть полгорода на уши встанет, хоть все артефакты взвоют — горный варвар просто перейдёт к запасному плану. Ну, если можно считать запасным планом прорыв через толпу с топором.
Но если броссу надо, он снова нападёт на эту коварную дуру и использует все доступные ему силы и стихии, чтобы всё-таки проломить её головой потолок.
— Я бы хотела сотрадничать, — сипло повторила собеседница и с опаской отложила в сторону кинжал в ножнах.
Я потёр подбородок, потом, наконец, встал и стянул с себя хламиду, подобранную в шахте. Девушка, когда увидела меня в одеянии дружинника, только ахнула:
— Кто тебя надоумил переодеться в солдатские брони?
— Сначала ты скажи, как тебя зовут.
— Не могу. Печать.
— Этот вестник хитрости, Виол который, говорил точно так же. Но оказалось, эта печать легко обходится.
Собеседница, поджав губы, вытащила потёртое письмо и подвинула его по столу. Я прочёл, кому адресовано письмо.
— Купава Остроглазая?
Девушка пожала плечами. Глаза у неё, кстати, были обычного карего цвета, но зрачки отличались тёмной каймой, что и придавало им выразительности. Прозвище ей очень шло.
— Ну, а моё имя ты знаешь…
— Одно из, — вдруг улыбнулась Купава, — Может, правильнее… кхм… Всеволод Десятый, посланник Неба? Или даже сам Великий Хмарок?
— Хморок, — поправил я на северный лад, — Но его уже нет, вышел в Бросских Горах, даже не попрощался.
Её глубокие познания меня удивляли, но виду я не подал. Зато теперь понятно, что силы за Купавой Остроглазой и вправду стоят великие. Я сразу проникся уважением к царю Могуте Раздорожскому, государю из срединной столицы, у которого глаза и уши были по всей Троецарии.
Сила власти ведь заключается не только в том, чтобы наводнить свою страну шпионами. Настоящая сила — это если они все докладывают государю правду.
— Царь старается следить за тем, что происходит в Троецарии… да и во всём мире. Царь видит, что времена нелёгкие, и что причиной этому совсем не люди.
— Откуда знаешь про Десятого?
— Некоторые Тёмные, если их хорошенько пытать, начинают много говорить. И некоторые, кто заговорил, оказалось, много знали.
Купава рассказала, что люди Могуты ловили приспешников троецарских Тёмных Жрецов, и даже людей лучевийского Шана Куо и межемирского Адгама Певчего.
— Как-как ты сказала? — тут же переспросил я, — Адгам Певчий?
Я сразу вспомнил того Тёмного Жреца с флейтой, который просто похитил у меня Дайю. И вот теперь я наконец узнал его имя…
— Да, его так зовут. Один из хитрейших и сильнейших врагов. Дотянуться до южной Троецарии у него сил не хватало, но здесь, на севере и западе он вовсю распустил свои щупальца.
— А что Раздорожье? Там есть Тёмные Жрецы?
— Были. Вместе с приспешниками они закованы в царском подземелье, — Купава подняла руку, — Сначала я всё расскажу, все вопросы потом.
Как оказалось, царь Могута и вправду решал проблемы не только мира смертных, пытаясь не допустить войны с Лучевией и Межемиром, но и мира богов, пытаясь разобраться, что там вообще происходит.
Щупальца новых Тёмных, поклонников Бездны, проникли уже слишком глубоко во власть, и даже пробились через границы. Поэтому Могута и не мог доверять ни Нереусу, царю южной столицы, ни Стояну, царю Хладограда.
К счастью, Нереус Моредарский смог сохранить власть, а южные границы выдержали первый удар лучевийцев. Тёмное гнездо Шана Куо обезглавили, и его брат, король Лучевии, теперь имел все шансы снова взять страну под контроль.
Я слушал всё это, вспоминая свои похождения. Оказалось, не только Камнелом подвергся нападению. Войско Шана Куо пыталось продвинуться и к Моредару и даже ударить вглубь страны, но войска Нереуса встретили их. Правда, их потрепали отряды кнезов-предателей, но они все уже болтаются на виселицах.