Правда, случился один неприятный момент. Уже на опушке леса, когда нам предстояло подниматься к стене по склону горы, усеянному валунами и торчащими скалами, мы вдруг почуяли ледяное дыхание.
Здесь и так было холодно, хотя бег нас здорово разогрел, но этот ледяной ветер, который мигом покрыл наши волосы инеем, нельзя было не заметить.
Я обернулся, мгновенно обернув отряд щитом, и уставился на морозного пса… Тот стоял среди обмороженных сосен, и его злобное рычание едва прорывалось сквозь вой его же вихревой шерсти. Надо же, один пришёл проверить, кто это болтается под стенами крепости.
— Смердящий свет, — прорычал я, готовясь к сражению.
Передо мной вскочил Кутень, тоже скалясь и рыча. Вот только для цербера этот бой мог стать последним — морозный пёс был неизмеримо мощнее.
Выручил, как это ни странно, снова Лука. Он деловито вытащил маленький ножик и наколол удивлённой Креоне палец. А потом так же, как и я, повесив капельку крови на пальце, вышел вперёд и поднял руку.
— Это мы, пёсик! — громко заявил Лука, — Это же мы тебя освободили!
Морозный монстр вдруг перестал рычать, потянув носом. И, взвыв напоследок, да переломив пару деревьев, он метнулся обратно, к своим сородичам.
— Пёсик, — хмыкнул Виол, — Щеночек, видит Маюн…
Я смутился, потрепав Луку по вихрам. Как бы это не вошло в привычку, что Лука меня всё время выручает. Правда, вот непонятно — морозный пёс признал нас, или просто испугался запаха одной из тех, кто приковывал его на тысячи лет?
В любом случае, разбираться в этом времени не было, и мы поспешили дальше, карабкаясь по склону между громадных заснеженных валунов.
— Надеюсь, моя кровь уже ни для чего не пригодится? — Креона недовольно перевязала палец тряпицей, — Я так-то девушка и шрамы меня никак не украшают… Кстати, Малуш, что ты имел в виду?
— Когда?
— Там, у морозной гряды, ты спросил, что я чувствую.
— Мы штурмуем твой родной Храм, Креона. Что ты чувствуешь?
Чародейка на миг замерла, потом кивнула.
— Я чувствую, что мне нужно вытащить мою мать из темницы. А остальные… во имя Моркаты, они сделали свой выбор.
— И это прави… — хотел было сказать я, но тут же окутал нас щитом.
В нас тут же прилетело несколько морозных вихрей, которые превратились в облака пара. Надеяться на то, что нас не заметят с крепостных стен, было наивно. Всё же заметили.
Вот только все самые сильные маги явно были переправлены на ту сторону, где над магическим барьером трудились морозные псы. Поэтому я без труда отразил атаку нескольких алтарников.
— Надо спешить, пока сюда кого-то помощнее не привели, — проворчал я, снова начертив магический узор, и, с улыбкой добавив уже свою кровь, метнул огненный вихрь, — Кутень, в этот раз можешь не сдерживаться!
Я выбрал достаточную дистанцию, чтобы сила взрыва была приличной, чтобы нас при этом не убило, и чтобы крепость осталась всё же целой. Хотя я на самом деле нисколько не сомневался в защите магов холода — если уж морозные твари не могут пробить барьер, на лёгкую прогулку нам надеяться не стоит.
Виол сначала хотел прыгнуть за огромный валун, когда склон над нами расцвёл внушительным взрывом, но я придержал его за шкирку. Окутав отряд щитом, я крикнул и Луке, и Креоне:
— Помогайте!
Мальчишка послушно вырастил впереди древесную стену, а Креона добавила к моей защите ледяной слой. Приятно всё-таки сидеть в огненном коконе при комфортной температуре — мне гораздо больше нравилась прохлада от магии Креоны, чем жар от моего бросского огня.
И вообще, они уже давно должны приучиться действовать сообща со мной, а то всё время надо подсказывать. Вестники тугодумия!
Побледневший Виол показал мне, что тот валун-скала, за которым он только что хотел спрятаться, от взрывной волны вырвался из склона и покатился вниз. Ведь там могли быть и мы.
Нас тоже заметно протащило вниз, в древесную стену даже влетали камни, отламывая куски дерева, но всё же наша стратегия продолжала работать.
В том месте, куда ударила Кутеневая бомба, в магической пелене зияла брешь. Края дыры, мерцающие искрящейся магией, были хорошо видны. Я ударил под самую стену, отчего там теперь образовалась внушительная яма, и в некоторых местах обнажился фундамент.
За пробитым куполом крепостная стена, кстати, тоже получила небольшие повреждения — в кладке появилась широкая трещина, а сверху обвалилось несколько зубцов. Там, кстати, пока никого не было видно, но виднелся дым, ведь пламя от моего взрыва прокатилось по всей стене до самого верха и явно заплеснулось внутрь.